Жюльен Грин - Полночь

От волнения Элизабет заплакала. Только что она была взрослой девушкой, играла этюд и вдруг превратилась в маленькую девочку, которая боится и от страха теребит кончики своих локонов. В тот день, когда господин Аньель появился в доме госпожи Лера, у Элизабет возникло предчувствие, что жизнь ее омрачится. Ох уж этот господин Аньель со своими лицемерными речами. Ей было непонятно, как он ухитрился повернуть ключ в одном и в другом замке настолько бесшумно, что она ничего не услышала. Но все размышления по этому поводу ни к чему, лучше подумать, как выбраться из библиотеки. И тут Элизабет подумала об окнах.

Занавески легко скользнули по круглой перекладине карниза, и девушка без труда подняла шпингалет. Оставались еще ставни, но и их оказалось нетрудно открыть, однако, как только Элизабет высунула голову наружу, на нее обрушился целый каскад воды, так как ливень удвоил свою ярость. Она отступила, закрыла окно, но хлынувший на ее голову с неба холодный душ немного успокоил ее. Да, выбраться отсюда можно хоть сейчас, но куда она пойдет одна и без денег? Три-четыре года назад Элизабет не стала бы задавать себе подобных вопросов, но теперь это соображение заставило ее сесть к огню, от которого остались лишь раскаленные угли, и посушить волосы, а заодно и подумать, может, придет в голову что-нибудь поумней. Ведь на следующий день наверняка представится случай выбраться из этого дома, не станут же держать ее здесь, как в тюрьме. В этом возрасте она уже утратила детскую храбрость, зато приобрела рассудительность, о чем и подумала с гордостью, правда, беспристрастный наблюдатель, возможно, посчитал бы, что одно в полной мере не возмещает другого.

Через некоторое время угли в камине потемнели, и раздалось мяуканье, напомнившее о существовании кота. Элизабет увидела, как это загадочное животное отчаянно прыгает по стульям и столикам, словно разминая ноги и стряхивая сонное оцепенение; с удивительной грацией кот прыгнул с каминной консоли на шкаф, снова жалобно завопил, бросился вниз, во тьму, и мягко опустился на подушку, лежавшую на одном из кресел. Такое необычное метание вдруг прекратилось на две-три секунды, которые были посвящены поспешному умыванью: розовым языком кот старательно вылизал тощую грудь, затем смоченной в слюне лапой потер за ухом, наконец сладострастно растянулся на ковре, явив взгляду Элизабет великолепную белую в рыжих пятнах спину, после чего подошел к одной из дверей и уставился загадочным взглядом в какую-то невидимую точку в полутьме.

Немного погодя кот отскочил от двери и жалобно замяукал. Послышались чьи-то шаркающие шаги, словно кто-то шел в домашних туфлях слишком большого размера. Элизабет сразу же встала. Чья-то рука начала крутить ручку двери в том и другом направлении, точь-в-точь как это делала она сама всего-навсего четверть часа тому назад. После короткой паузы, вызванной, очевидно, удивлением особы, стоявшей за дверью, ручка снова задергалась, и с ней было проделано все, что можно сделать с подобным предметом: ее дергали вперед, назад, вправо и влево с такой яростью, которая явно свидетельствовала о желании не только взломать замок, но и разнести в щепы дверь. Онемев от испуга, девушка смотрела, как под действием неведомой демонической силы ожила круглая, напоминающая бычий глаз фарфоровая ручка, и не двигалась с места, а кот в это время вопил и крутился на месте, выгибая спину. На каждый вопль из-за двери отвечал женский голос, успокаивавший возбужденное животное:

— Принцесса, принцессочка моя…

Это сочетание голосов, пронзительного и глухого, действовало Элизабет на нервы, ей хотелось схватиться за ручку обеими руками, рвануть как следует и крикнуть, чтобы голос за дверью умолк, но на такое она не осмелилась. Эта перекличка между котом и незнакомкой в больших шлепанцах продолжалась еще минуту или две, потом их страстный диалог закончился так же внезапно, как начался. Шаги удалились, а кот убрался под кресло.

Теперь не оставалось ничего другого, как ждать, и девушка приняла именно такое решение, потому что силы ее были на исходе. Погрузившись в кресло, обтянутое фиолетовым шелком, она полным ненависти взглядом посмотрела на раскрытый зонтик, сожалея, что он не покорежился от жара. Как-то незаметно для себя закрыла глаза и уснула.

Когда Элизабет проснулась, она увидела господина Аньеля, который стоял перед ней и трогал ее за плечо. С крайне смущенным видом он негромко бормотал какие-то слова, смысл которых она поначалу не могла уловить и потому посмотрела на него удивленным взглядом; но, когда сонная пелена спала с ее глаз и окружающий мир принял свои обычные очертания, девушка уже спокойнее стала смотреть на склонившуюся над ее креслом фигуру, одетую в черное, точно похоронный агент. Резким сердитым движением сбросила с плеча руку господина Аньеля.