Валентина Перельман - Сердце Льва

–

Тогда, расскажите о ней побольше.

–

Вы можете себе представить весёлое, шаловливое лицо ребёнка? Она и в восемьдесят пять выглядела здоровой, цветущей женщиной. Её энергии хватало на то, чтобы никто в селе не болел. Рассказывают, что во время войны баба Груня отвадила немцев от деревни. Заходили несколько раз и по непонятным ни для кого причинам уходили в соседние сёла.

–

Она была ведьмой!?

–

Скорее, доброй волшебницей. Она научила меня любить. «Люби, – говорила она, – и то, что сможешь полюбить искренне, будет держать тебя в жизни. Ты не помрёшь, пока будешь любить жизнь. Не заболеешь, пока будешь любить своё тело. Ничего и никогда не бойся. Не будет ни аварий, ни травм, ни порчи, ни сглаза – пока будешь спокойным, бесстрашным, пока будешь верить в своего ангела-хранителя. Всегда проверяй себя правдой. Если почувствуешь ложь в своих желаниях, мыслях и поступках, – значит, ты испугался. И в большом, и в малом – проверяй себя. Не допускай лжи, как бы сладка она ни казалась».

–

Да! – Ольга оценила силу такой заповеди. – Великая старушка!

–

Это ей принадлежит идея воспитания поколения, свободного от земных ограничений.

–

Как это? – столичная корреспондентка явно не ожидала такой фантазии.

–

Ну, чтобы Вы это поняли, я ещё немного расскажу про

бабу Груню. Она вырастила мою мать, но всё время сокрушалась, что поздно занялась её воспитанием. «Душа приходит в этот мир, способной на всё. Дитё умеет не только спать, есть и плакать. Оно одарено Творцом и полно талантов. Ребёнок живет свободным до той поры, пока не усвоит законы бытия Земли». – Василь так увлёкся воспоминаниями о своей воспитательнице, что не замечал, как семенила, еле поспевая за ним, корреспондентка столичной газеты. Ольга старалась не упустить ни слова. Микрофон то появлялся перед лицом Василя, то вновь пропадал. Она устала, но профессиональное любопытство не позволяло прервать момент откровения.

–

У бабы Груни были свои представления о природе человека. Она говорила: «Господь создал единую душу. Создал её по образу и подобию Души Своей. Вот с этой душой мы и являемся на Свет Божий». – Василь вдруг резко остановился и повернулся к гостье. Старательно следовавшая за ним с микрофоном в руке Ольга по инерции проскочила ещё метра два. Василий понял этот жест, как приглашение продолжать прогулку, и зашагал дальше. Она же решила исправить оплошность и повернула назад. Они чуть было не столкнулись. Василю пришлось подхватить Ольгу за талию, чтобы она не полетела в кювет.

Так, неся свою гостью на полусогнутых руках, Василий Степанович продолжал свой рассказ:

–

Только после того, как испытает страх, маленький человечек начинает учиться понимать и видеть мир таким, каким его видят взрослые. – Он остановился и с изумлением увидел её испуганные глаза прямо перед собой.

–

Опустите меня, – она продолжала держать микрофон над головой, как гранату.

–

Да, пожалуйста… – в неловкой паузе они продолжали несколько мгновений стоять друг против друга и не могли отвести взгляд. Ольга заморгала и опустила руку с микрофоном.

–

Простите, – прошептал он и спрятал нашкодившие руки за спину. Командировочная развернулась, и они вновь зашагали по просёлочной дороге.

–

Почему Вы замолчали? – решительным тоном спросила Ольга. – Продолжайте. Я Вас слушаю.

–

М-м-м-да. – Василий забыл и тему беседы, и направление мыслей, и те последние слова, вспомнив которые, он

смог бы восстановить беседу. – Какую беседу? – улыбнулся он про себя. – Понесло меня. Простите, пожалуйста, – он решил передать ей инициативу, – я рассказал всё, что хотел.

–

А как дети видят мир? Вот вы сказали, что они видят мир не так, как взрослые, а как – не сказали.

–

В детях все чувства обострены так, как у талантливых людей, а то и сильнее. У них иной слух: они слышат оркестровое звучание природы, а не отдельные звуки. Они видят не отдельные предметы, а их объёмные взаимоотношения. Поэтому они воспринимают не движение, а изменения в отношениях. А мы реагируем на отдельные звуки, предметы, запахи. Этому нас обучили и, чаще всего, научившись выделять, мы теряем общие представления. Поэтому нас приходится учить гармонии звуков, композиции образов, линий и цвета, вкусовых сочетаний. Но взрослые воспринимают всё это довольно трудно. Требуются годы специального обучения, чтобы музыкант освоил гармонию, художник – композицию, повар – вкусовые соотношения. Только те люди, которые, повзрослев, не полностью потеряли эти врождённые качества, способны стать хорошими музыкантами, поэтами, художниками, учёными да и просто, как принято говорить, гармонически развитыми личностями.