Валентина Перельман - Сердце Льва

Да. Садитесь! – она указала гостье на табурет, стоявший у другого конца стола.

–

А его нет дома?

–

Нет! Поехал до хутора лесничего. У деток каникулы, и они там травы собирают.

–

А это далеко?

–

Ну, меньше пяти километров Василь никогда не ездит. Значит, больше того.

–

А давно он уехал?

–

З ранку! Ещё тёмно было.

–

И когда приедет, не сказал?

–

Ни. Если он уезжает до зори – возвращается до заходу солнца.

Оля поняла, что судьба предоставляет возможность ненавязчиво познакомиться с родителями её героя.

–

Меня зовут Олей. Я корреспондент.

–

Знаем, знаем! Меня зовут Степанида. Засим и замужем за Стэпаном – Она посмотрела на свою гостью таким добрым и озорным взглядом, что Ольге на секунду показалось, будто ей улыбнулся ребёнок. Это представилось настолько чётко, что москвичка оторопела.

–

Всё так! Как тебя назвали, то так и должно быть. Степанида – жена Степана. Ольга – жена великого воина.

Руки женщины двигались плавно, быстро и слаженно. Казалось, будто они гладят каждую вещь, до которой дотрагиваются. Создавалось впечатление, что у неё отрепетировано не только каждое движение, но и вся партитура стряпни. В то же время Степанида с таким участием общалась с девушкой, что было бы смешно предложить ей оставить стряпню ради беседы.

–

А кто твий чоловик?

–

Мой человек? – Ольга растерялась. – Не знаю!..

–

А-а! Так ты ще нэ в шлюби?!

–

Что?..

–

Ну, ты не одружена!

–

Нет, я дружу! У меня много друзей. Это очень хорошие люди, – подумав, что её могут принять за нелюдимую, испуганно стала оправдываться Ольга. – Мой хороший друг

Стасик, моя соседка Роза – это близкие друзья. Есть одноклассники, однокурсники, есть ребята из бардовского клуба.

–

Нет! – хозяйка поняла, наконец, причину замешательства гостьи. – Я спросила: ты замужем? Теперь понятно – не замужем.

–

Как, оказывается, трудно понимать украинский язык! Я так хорошо знаю русский! Думала, что мне будет легко понимать украинский. А теперь вижу, что нужно составить словарь: чоловик – муж? – Степанида кивнула. – А как будет жена? Женщина?

–

Ни – дружына!

–

Дружина – это войско, отряд.

–

Нет! Войско – це вийсько. А дружына – цэ бильш до чоловика – це дружына, едына одружена. Едына плоть з чо– ловиком.

– Значит, если мужчина без жены – он не человек. А если женщина без мужа – она кто? – Ольга так увлеклась лингвистической игрой, а её хозяйка так ей подыгрывала, что создавалось впечатление, будто две студентки заняты решением очередной задачки.

–

Нет! Человек есть человек. Мужчина – он тоже человек. И женщина – человек. Но друг без дружки воны … нэ справжни.

–

А что такое – нэ справжни?

–

Ну, это – не настоящие! Нэ хвилюйся, – будешь одружена!

–

Чего бы мне хвы-лю-ва-ты-ся? – выговорила журналистка сложное слово, не спрашивая его значения. – Я правильно сказала? – Степанида как-то по-детски закивала. – Во, а колы так, то чего мне хвылюватыся? Я плод созревший! Хочешь – забирай!

Женщины шутили и смеялись. Не прошло и получаса, а Ольга со Степанидой уже вместе лепили вареники, убирали и мыли посуду, накрывали на стол. К обеду Ольга уже знала с десяток слов и даже приобрела лёгкий украинский акцент.

Оле очень хотелось поближе познакомиться с отцом Василия, и тот не заставил себя долго ждать. Ко времени, к обеду, подъехал на тракторе моложавый мужик с задиристым чубом первого парня на селе. Умылся, зашёл в хату, поздоровался и сел за стол.

–

Присаживайся и ты, гостья дорогая! Пообедаем, чем

Бог послал. А моя жинка так вкусно готовит, что даже сытый не удержится от угощения.

–

А я только того и жду, когда меня угощать начнут, – решила подыграть Оля.

–

О! Вот это правильно! А то тут девчата заглядывают, так с ними ни поговорить, ни покушать. Станут, как деревянные. Головки понурят. Слова не вытащишь.

–

Это они потому, что у Вас в хате жених.

–

Соображаешь! Молодец! – тут он насупил брови. – А! Так ты себя так вольготно ведёшь, потому что не считаешь нашего Василя достойным для тебя женихом?

–

Наоборот. Я так себя веду, чтобы другим девчатам ходить сюда стало неповадно. Ведь я Вам такая больше нравлюсь?

–

Это правильно! Я Василю накажу, чтобы он тебя выбрал.

–

Да! – серьёзным тоном заявила Степанида. – У нас в доме отец – голова. Всё делает так, как сын скажет.

–

Вот откуда у женщин это ехидство? – бросив игривый взгляд на жену, удивился Степан. – Что ни слово, – то с двойным дном.