Уинстон Грэхем - Демельза [litres]

Естественно, не всему виной были Уорлегганы, но они привели в действие определенные механизмы. Вцепись банкиры в компанию мертвой хваткой, она бы и месяца не просуществовала, а так в их схемах можно было найти кое-какие пробелы. Уорлегганы напрямую контролировали только треть медеплавильных компаний, остальные сотрудничали с ними в своих интересах.

На второй день Рождества, единственный безветренный день на той неделе, Росс и Демельза поехали в Уэрри-Хаус, чтобы нанести визит сэру Хью Бодругану. Росс недолюбливал Бодругана, но он знал, что Демельза, получив приглашение еще девять месяцев назад, втайне мечтает посетить этот дом, и ему просто захотелось порадовать жену.

Когда они приехали, сэр Джон разливал джин по бутылкам, но, как радушный хозяин, тут же забросил это занятие и препроводил их в просторную гостиную, где Констанс, леди Бодруган, возилась со своими щенками.

Росс отметил, что Констанс ведет себя не так грубо, как при последней их встрече. Другими словами, приветствуя гостей, она обошлась без богохульств. Видимо, леди Бодруган смирилась с тем, что ее престарелый пасынок испытывает симпатию к беспородной жене Росса Полдарка.

Они пили чай на безопасном расстоянии от огромнейшего камина – Демельза в жизни не видела ничего подобного. А рядом расположились спаниели, щенки датского дога и собаки прочих пород, которых Констанс угощала пирожными со стола, из-за чего в светскую беседу постоянно вклинивались лязг челюстей и рык ее питомцев.

Из камина то и дело вырывались клубы дыма, но потолки в гостиной были настолько высокие, что дым куполом поднимался вверх и утекал сквозь щели.

В такой своеобразной атмосфере Демельза пила крепкий чай и пыталась расслышать рекомендации Констанс по лечению чумки.

Высокий Росс выглядел довольно нелепо в небольшом кресле. Он кивал в ответ на разглагольствования сэра Хью, который сидел, откинувшись в кресле, и мысленно фантазировал, представляя Демельзу у себя в постели.

После чаепития сэр Хью, хотя уже стемнело, настоял на том, чтобы гости посмотрели дом и конюшни. Они прошли по продуваемым сквозняками коридорам; потом конюх с фонарем в руке провел их в большую комнату на первом этаже. Когда-то эта комната была богато украшена, но теперь здесь повсюду появилась плесень, половицы скрипели, а стекла в окнах потрескались. Вдоль одной стены стояли большие клетки с рыжими кроликами, а напротив – со щенками. Запах тут был просто невыносимый. В следующем помещении вдовствующая леди держала семейство сов, нескольких сонь, больную обезьянку и пару енотов. Они спустились еще ниже, на этот раз в коридор, уставленный клетками с дроздами, щеглами, канарейками и виргинскими соловьями. Сэр Хью так часто сжимал Демельзе руку, что она начала подозревать, что все это было затеяно с одной-единственной целью – побродить вместе с нею в темноте. В одной из комнат сквозняк оказался настолько сильным, что на пороге их чуть не сдуло обратно в коридор, а задний фонарь погас. Сэр Хью положил свою короткую толстую руку Демельзе на талию, но Демельза ловко выскользнула, только шелк платья зашелестел, и быстро подошла к Россу.

Во всем доме лучше всего содержались конюшни с прекрасными гунтерами [9] Гунтер ( англ. hunter, от hunt – охота) – порода лошадей, выведенная англичанами специально для охоты. и сворой гончих, но осмотр прекратили на полпути: леди Бодруган обеспокоилась не комфортом гостей, а тем, что лошадей потревожат без нужды.

Когда они вернулись в гостиную, дым под потолком сгустился. Демельза еще не освоила премудрости виста, поэтому они часок поиграли в кадриль, и она выиграла пять шиллингов. Затем Росс поднялся из-за стола и сказал, что им пора ехать, пока ветер не усилился. Сэр Хью, вероятно в надежде на дальнейшее сближение, предложил гостям остаться на ночь, но они поблагодарили и отказались.

На обратном пути Демельза вела себя тихо, пожалуй, слишком тихо даже для такой ветреной ночи.

Когда они нашли укрытие в своей долине, она сказала:

– Люди, владеющие самыми большими домами, не обязательно самые приятные, так, Росс?

– Равно как и люди с самой лучшей родословной не всегда бывают самыми благородными.

Демельза рассмеялась:

– Ни за что бы не осталась там на ночь. В этом доме повсюду сквозняки. И спать страшно: вдруг проснешься, а рядом в постели та старая больная обезьяна.

– О, я не думаю, что сэр Хью так уж болен.

Демельза снова рассмеялась, но порыв ветра унес ее смех.