Уинстон Грэхем - Демельза [litres]

– Я и сам подумываю остаться дома, – сказал Фрэнсис.

– О нет, как же так. – Верити очень постаралась скрыть свою тревогу. – Вас ждут к вечерне.

– Элизабет и одна может сходить. В качестве представителя от нашей семьи.

Верити помешала кипящее вино:

– Мистер Оджерс очень расстроится. Он мне на прошлой неделе рассказывал, что специально, чтобы тебе угодить, старается выбирать для вечерни короткие псалмы.

Фрэнсис оставил реплику сестры без ответа и вышел, а Верити заметила, что у нее дрожат руки. Джеффри Чарльз после ухода отца снова принялся болтать, но она не вслушивалась, голосок мальчика был подобен звону далекого колокольчика. Верити требовалось знать наверняка, что брата не будет дома. Именно поэтому она выбрала для побега воскресенье, четыре часа дня. В последние месяцы график передвижения Фрэнсиса был непредсказуем, но традиция ходить по воскресеньям в церковь оставалась неизменной.

– Тетя Верити! – громко окликнул ее племянник. – Тетя Верити! Ну скажи почему?

– Милый, я сейчас не могу тебя слушать, – довольно резко ответила Верити. – Прошу тебя, оставь меня в покое.

Она постаралась взять себя в руки, прошла в кухню и там немного поговорила с Мэри.

– Тетя Верити, а, тетя Верити, – не отставал мальчик, – а почему никто сегодня не идет в церковь?

– Я не иду, но твои мама и папа пойдут.

– Неправда, папа только что сказал, что останется дома.

– Ну ладно. Вот что, милый, останься с Мэри и помоги ей присмотреть за вином. Только будь осторожен и не путайся у нее под ногами.

– А если…

Верити быстро вышла из кухни, но вместо того, чтобы пройти через дом, пересекла двор с неработающим фонтаном, вошла в холл и бегом поднялась в свою комнату. Не исключено, что сейчас она видела Джеффри Чарльза в последний раз, но у нее не было возможности попрощаться с племянником.

Верити сразу подошла к окну и прижалась лицом к стеклу. Отсюда можно было увидеть, как Фрэнсис с Элизабет пойдут в церковь. Если только они пойдут…

Издалека донесся тихий звон колоколов. Звук третьего колокола, по мнению Фрэнсиса, больше напоминал зубовный скрежет. На то, чтобы переодеться, у брата уйдет минут десять. По прикидкам Верити, в эту минуту он должен был спорить с Элизабет о том, идти ему в церковь или нет. Она надеялась, что Элизабет сумеет уговорить мужа.

Верити замерла на скамье в проеме окна. Холод стекла постепенно проникал в тело. Она не отрываясь смотрела на дорогу.

Верити ясно представляла себе, как в эту минуту выглядят потные звонари в тесной колокольне. Верити знала, как будут выглядеть певчие на хорах, как они будут нервно перелистывать псалтырь и перешептываться, причем станут делать это более свободно, если она не придет к вечерне. Бедный мистер Оджерс – худой и забитый коротышка – начнет суетиться в своем стихаре. Им будет ее не хватать, и не только сегодня вечером, но и в будущем. И не им одним, но и всем тем, кого она навещала, – больным и увечным, а также женщинам, которые тянут на себе семью…

А что уж говорить о своих родных… На кого она их бросит, да еще в такие тяжелые времена? Элизабет была женщиной хрупкой, значит им придется нанять помощницу для миссис Табб. Это дополнительные расходы, а сейчас ведь каждый шиллинг на счету. И никто не сможет заменить Верити, которая крепко, несмотря на свой добрый характер, держала в своих руках все ниточки домашнего хозяйства.

Но с другой стороны, разве у нее был выход? Верити не могла надеяться, что Блейми будет ждать ее дальше. После бала прошло уже три месяца, с того вечера они ни разу не виделись, и все весточки от Эндрю она получала через Демельзу. Один раз Верити уже откладывала побег из-за болезни Джеффри. Сейчас тоже не самый подходящий момент, но нельзя же тянуть до бесконечности.

У Верити ухнуло сердце: по дороге шла Элизабет, высокая, стройная и такая грациозная и элегантная в своем шелковом платье, в соломенной шляпке и с бежевым зонтиком в руке.

Неужели Элизабет пойдет к вечерне одна?..

Ага, а вот и Фрэнсис…

Верити отошла от окна. Щеку после холодного стекла закололо. Она оглядела комнату, потом опустилась на колени перед кроватью и вытащила саквояж. Джеффри Чарльз, конечно, носится сейчас по всему дому, но Верити знала, как с ним не столкнуться.

Она приблизилась к двери и оглянулась. Солнечные лучи проникали сквозь высокое окно. Верити выскользнула из комнаты, прислонилась спиной к двери и задержала дыхание, а потом направилась к черной лестнице.