Уинстон Грэхем - Демельза [litres]

– Я думаю, что, если действовать открыто, такой метод ведения дел можно рассматривать как законный.

– И это определенно ничем не хуже того, как ты обошелся с владельцами бумажных фабрик в Пенрине, – заметил Кэри.

Уорлегган-старший нахмурился:

– Они постоянно вставляли нам палки в колеса. Иной раз без обходных маневров просто не обойтись.

Джордж кашлянул:

– Я, со своей стороны, хоть и не осуждаю маневры Кэри – они слишком мелки, чтобы уделять им столько внимания, – склонен согласиться с тобой, отец. Нам ли опускаться до их уровня? Побьем эту компанию честными методами.

– Честными методами, – повторил Кэри.

– Используем деловые связи. За нами стоят все плавильные заводы и торговцы. Как только мы узнаем, кто эти незваные гости, мы без особого труда их раздавим.

– Вот именно, – согласился Кэри.

– А мы узнаем, в наших краях секреты долго не живут. Люди обязательно начнут перешептываться. Главное – проявить терпение и выяснить достаточно, чтобы не зайти слишком далеко.

Кэри встал из-за стола:

– Хочешь сказать, что нам следует прекратить расспросы?

Уорлегган-старший промолчал, но Джордж ответил:

– Расспросы продолжим, но в пределах разумного. В конце концов, мы не разоримся, даже если эта компания встанет на ноги.

– Похоже, ты забыл, что человек, который руководит ею, повинен в бесчестье Мэтью, – тихо сказал Кэри.

– Мэтью получил по заслугам, – заметил Николас. – Для меня это было как гром среди ясного неба.

Джордж тоже встал, повертел своей могучей шеей и подхватил трость. Он проигнорировал последнее замечание отца и ответил дядюшке:

– Нет, Кэри, я ничего не забыл.

– Тетя Верити, почитай мне сказку про заблудившегося шахтера, – попросил Джеффри Чарльз.

– Я тебе ее сегодня уже читала.

– Ну почитай еще, пожалуйста. Как в прошлый раз.

Верити взяла книгу и рассеянно погладила Джеффри по кудрявой головке. Ее вдруг больно уколола мысль о том, что завтра в это же время ее не будет рядом, чтобы почитать племяннику.

Окна в большой гостиной были открыты, июльское солнце проникало в комнату. Элизабет вышивала жилет, и солнечные лучи играли на бежевом шелке ее платья. Тетушка Агата, не самая большая любительница свежего воздуха, сгорбившись, сидела перед камином, который по ее требованию разжигали в любую погоду, и дремала, как старая усталая кошка. Поскольку нынче было воскресенье, у нее на коленях лежала Библия. Старушка не шевелилась, но временами, будто услышав пробежавшую за стенной панелью мышь, вдруг открывала глаза.

Джеффри Чарльз в бархатном костюмчике пристроился на коленях у Верити, которая сидела у окна в тени кружевной занавески. Фрэнсис отправился на ферму. В кронах двух буков на лужайке ворковали голуби.

Верити дочитала сказку, и Джеффри плавно соскользнул на пол.

– Горное дело у него в крови, – сказала она. – Другие сказки и слушать не хочет.

Элизабет улыбнулась, не поднимая головы:

– Когда подрастет, все может измениться.

Верити встала:

– Я, наверное, не пойду сегодня к вечерне, что-то голова разболелась.

– И неудивительно. Ты слишком много сидишь на солнце, Верити, – заметила Элизабет.

– Схожу посмотрю, как там вино. Мэри может и не уследить, вечно она в облаках витает.

– Я пойду с тобой, – вызвался Джеффри Чарльз. – Тетя, можно я тебе помогу?

Пока Верити была занята на кухне, вернулся Фрэнсис. В это лето он пытался помогать на ферме, но дела там шли неважно, и это сказывалось на его настроении. Джеффри Чарльз кинулся было навстречу отцу, но, увидев выражение его лица, передумал и побежал обратно к Верити.

– Один Табб хоть что-то смыслит в сельском хозяйстве, – сказал Фрэнсис. – От Эллири больше вреда, чем пользы. Ему было велено починить изгородь в загоне для овец. Так она потом и недели не простояла. Целый час загоняли отару. Уволю я этого парня.

– Эллири с девяти лет работал на шахте, – напомнила ему Элизабет.

Фрэнсис криво усмехнулся:

– В этом вся проблема. – Он посмотрел на свои перепачканные в земле руки. – Мы делаем для местных все, что в наших силах, но разве может шахтер за одну ночь превратиться в садовника или землекопа?

– Овес не пострадал?

– Нет, слава богу. Нам повезло, что первая овца пошла куда надо.

На следующей неделе начнут жать овес, а ее здесь уже не будет. Верити трудно было в это поверить.

– Фрэнсис, я не пойду сегодня в церковь. Голова болит. Наверное, из-за погоды.