Эптон Синклер - Жатва Дракона

Декларация об эмбарго, опубликованная в тот день, объявила "ограниченную чрезвычайную ситуацию". Президент улыбнулся, рассказывая, как такая ситуация обеспокоила юристов, которые никогда не слышали о точно такой формуле. Он собирался собрать средства для спешного возвращения американцев из Европы и собирался "увеличить вооруженные силы". В уединении своей спальни он добавил: "Могу вас заверить, они станут лучше и больше!" Он рассказал о спорах, которые возникли в вопросе о том, следует ли включить Канаду в эмбарго. Если бы он это сделал, то это повредило бы Канаде. Если бы он этого не сделал, это нанесло бы ущерб чувствам британского правительства. Ф.Д.Р. усмехнулся, когда рассказал, как он позвонил канадскому премьеру, и тот ответил, пусть англичане страдают! Но через пару дней президент передумал и включил Канаду.

III

"В самом деле, губернатор", – запротестовал Ланни, – "я отнимаю у вас много времени от вашего сна".

– Мы не уладили самое главное. Что вы сейчас собираетесь делать?

– Я думал, что если вы меня отпустите, я попытаюсь попасть в британскую армию.

– Не выдумывайте! Откуда это у вас в голове?

– Ну, так я себя чувствую, я хочу что-то делать.

– Но вы для меня что-то делаете!

– Я не понимаю, что я могу сейчас сделать. Я сомневаюсь, что немцы меня впустят, и даже если они это сделают, французы вряд ли позволят мне вернуться из Германии во Францию.

– Ваша работа даже в Британии и Франции будет сейчас гораздо важнее, чем когда-либо. Вы можете поддерживать связь с умиротворителями и узнавать, что предлагают им нацисты. Вы даже можете отправиться в Швейцарию и встретиться там с кем-то из немцев".

– Но я больше не могу отправлять вам сообщения, французские и британские цензоры наверняка остановят их.

– Мы можем посвятить Билла Буллита в тайну, и вы будете направлять отчёты ему.

– Я полностью доверяю Биллу, но очень мало посольству. Его всегда окружают шпионы, есть секретари, телефонные операторы и слуги, а чего ещё нет. В военное время я не могу позволить себе промах.

– Вы можете использовать свое кодовое имя и номер и отправлять свои отчеты Биллу в двойном конверте. Он может переслать мне внутренний конверт в дипломатической почте, не зная, кто является автором.

– Это может сработать какое-то время. Вам нужно будет сделать то же самое с кем-то в Лондоне.

"Джо Кеннеди ужасный пессимист", – заметил улыбающийся президент. – "Он усердно выполняет свои посольские обязанности и уверен, что это конец света. Он позвонил мне по телефону сразу после того, как англичане решили вступить в войну, и я почти видел его слезы. Вы его знаете?"

– Я встречал его на двух или трех светских приёмах, но только случайно.

"Ирландцы добросердечны, но эмоциональны. Мне пришлось похлопать его по спине даже на расстоянии в пять тысяч километров". – Затем, с внезапным изменением настроения: "Хорошо, Ланни. Можно ли считать вопрос решённым?"

– Конечно, если это приказ.

– Это приказ самого неотложного сорта – полное чрезвычайное положение. Когда вы находитесь во Франции, то отправляете свои отчеты Буллитту, обозначенные лично, а когда вы в Англии, то отправите их Кеннеди. Возможно, мне лучше включить Харрисона в Берне. Я проинструктирую всех троих, что, когда они получат конверт с запечатанным письмом с надписью 'Захаров 103', они запечатают его в другой конверт с надписью 'Лично для президента' и отправят дипломатической почтой. Я вижу другую трудность, и это ваши паспорта. Мы собираемся затруднить американцам путешествовать в зоны военных действий, и если я дам приказ Госдепартаменту оказать вам особые льготы, то это будет раскрытие секрета.

"У меня есть предложение", – вызвался агент. – "Дело моего отца может служить прикрытием. Если эмбарго будет отменено, то у него будет много дел с Францией и Великобританией. Я очень сомневаюсь, что он захочет путешествовать, он будет занят, а англичане и французы приедут к нему, но, отдав приказ о нас обоих, вы сможете убедить всех, что я его агент, а не ваш. Это выглядело бы правдиво даже для немцев, если бы они услышали об этом. Он ведёт дела с военным департаментом, и вы можете намекнуть подходящему человеку там. Несомненно, Государственный департамент выдаст паспорта, когда военное ведомство попросит его об этом".

"Отлично!" – Сказал Ф.Д.Р. и сделал заметку в блокноте. – "Увидите меня снова, когда соберётесь уехать".

IV

Во время ожидания в Нью-Йорке Ланни позвонил своему отцу, а также Золтану Кертежи, который сбежал от войны ещё раньше. Выставка Дэтаза в Балтиморе была запланирована на начало октября, но Ланни казалось, что вряд ли кому-то будет интересно смотреть на картины, когда в мире такой беспорядок. Но когда он говорил с Реверди Холденхерстом по телефону и высказал эту идею, спонсор ответил: "Не волнуйтесь. Через пару недель люди привыкнут к войне и будут готовы к чему-то новому".