Иван Арсентьев - Буян

— К сожалению, других надежных войск сейчас в гарнизоне нет. Восьмой казачий полк…

— О казаках речи быть не может: на них вся губерния! Чтобы предотвратить гибельные последствия назревающего мятежа, необходимо принять экстраординарные меры. Прошу высказаться, господа, — продолжал настойчиво губернатор.

— Позвольте… — попросил жандармский полковник. — Не худо бы, я думаю, в интересах дела использовать все же силы «Союза русского народа». Люди искренне преданы…

— Ах, бросьте! — перебил его Засядко. — Вы уверены, что город… — И он сделал рукой движение, понятное для собеседников. Добрянский помялся, промолчал. Сергеев, глядя на него, тихо, но так, что слышали все, промолвил:

— Кредо квиа абсурдум [4] «Верю потому, что нелепо» (лат.) . …

Шорох у двери прервал разговор. Появился слуга, доложил, что прибыл командир 36-й пехотной дивизии генерал-майор Дэви и просит принять его по неотложному делу. Засядко напрягся, стараясь припомнить, кто такой Дэви, и велел слуге пригласить его в кабинет. Встал, извинился перед гостями, вышел.

Только успел скрыться за дверью губернатор, как слуга попросил Добрянского выйти в переднюю, где его ожидает офицер жандармского управления. Дородный полковник потопал из столовой. Вернулся он через несколько минут крайне озабоченный. Налил себе в лафитник мадеры, глотнул.

— Новости? — спросил, устремив на него пытливый взгляд, генерал Сергеев.

— Кхм! Да. К сожалению, малоутешительные… — испустил вздох Добрянский.

Открылась беззвучно дверь из внутренних покоев, показался Засядко.

— Господа, прошу вас в кабинет.

Все поспешно встали, последовали за губернатором. В кабинете на первом этаже ожидал незнакомый генерал с седеющими висками, одетый в походную форму и при оружии. Засядко представил ему вошедших. Тот поклонился, как заметил придирчивый Сергеев, без должного почтения. Засядко пригласил всех сесть, обвел хмурым взглядом кабинет, принялся лаконично излагать дело.

На станции Самара застряли воинские эшелоны, следующие из Забайкалья. В эшелонах — пехотная дивизия Дэви. Он, губернатор, сочувствует и вполне разделяет возмущение генерала, но увы!

Засядко не закончил свою мысль, устремил взор вверх к аллегорическим фигурам, парящим в лазури потолка, предоставляя, видимо, им досказывать.

— Господа, я настоятельно просил бы не забывать, что дивизия следует из Маньчжурии, — отозвался Дэви негромким, словно приглушенным могучими усищами голосом. — Простите, господа, мою настойчивость, но меня поражает бессилие властей! Дайте мне машинистов, и они у меня до самого Киева поведут паровозы. Под пулеметами поведут!

— Это было бы возможно, будь губерния на особом положении…

— Но что же делать? Я не могу подвергать дивизию воздействию ваших агитаторов… Пардон! Агитаторов забастовщиков. Это раз-ло-же-ние! Обстановка вынуждает меня принять чрезвычайные меры, — заявил он безоговорочно, с твердостью.

Засядко ничего не ответил. Молчали и остальные, сосредоточенно думая и поглядывая на напористого генерала, Добрянский, воспользовавшись заминкой, протянул губернатору только что полученную депешу жандармской агентуры. Засядко просмотрел бегло листок, и все заметили, как по лицу его пошли пятна и ноздри тонкого носа затрепетали. Он соображал что-то, вертя в руках донесение. Вдруг красивый рот его оскалился.

— Вот, полюбуйтесь, — протянул он бумагу генералу Дэви. Тот взял, принялся читать внимательно, взвешивая, видимо, про себя каждую фразу. Заслуживающий полного доверия агент писал:

«Совершенно точно установлено: вооруженное восстание начнется в ночь на 11 декабря арестом губернатора и других лиц. Исполнительный комитет Совета мобилизует все железнодорожные и рабочие вооруженные дружины. Местные артиллерийские части обязались соблюдать нейтралитет. Революционный штаб — в Пушкинском доме».

— Стало быть, сегодня… — протянул Дэви утверждающе, возвращая бумагу губернатору.

— Как видите, генерал, машинисты — это… — Засядко поднял руку, пошевелил небрежно пальцами и, сжав в кулак, резко опустил. — Бить надо в голову!

— У вас есть план? — спросил Дэви.

— Нам известно осиное гнездо.

— Хорошо. Реляция военному министру, надеюсь, будет дана вами. И с должной мотивировкой, — заключил Дэви, слегка повысив голос.

— Безусловно, — подтвердил губернатор.

— Согласование всех вопросов, а также исполнение поручаю вам, полковник, — сказал Сергеев своему заместителю Баранову.