Якоб Тик - Зигфрид

— Впервые я удостоился чести предстать перед вами, святой отец, — сказал он. — Меня зовут Коскэнд, я приехал по случаю годовщины смерти моего господина, рыцаря Сигмунда. Вот здесь пять золотых, позвольте просить вас отслужить панихиду по господину.

— Да, видимся мы впервые, — произнес настоятель. — Подойди ближе. Дело доброе… Ну-ка, кто-нибудь, подайте нам чаю!.. Так ты и есть слуга Сигмунда? Ты прекрасный человек, Коскэнд, намерения твои благородны. Ты долго был в пути, следовательно, вряд ли у тебя много денег, и нам придется обойтись одним или двумя плакальщиками. Чтобы не слишком тратиться, постную трапезу закажем нашим же монахам, все необходимое приготовим у нас в храме, а провести службу пригласим настоятеля соседнего храма. Слишком рано не приходи, нам не управиться, придешь после обеда, так, чтобы поужинать здесь. А теперь ты, вероятно, пойдешь в замок Аика? Ступай, там тебя очень ждут. В доме твоем большая радость, поспеши, тебя можно поздравить.

— Я действительно иду в замок Аика, — удивленно сказал Коскэнд. — Но откуда вам это известно? Просто удивительно… Так что, если позволите, я приду сюда завтра после обеда. Прошу вас не оставлять меня своими милостями. До свидания.

Выйдя из храма, он подумал: «Странный, однако, настоятель! Как он узнал, что я собираюсь делать? Совсем как гадальщик…» Так, размышляя и удивляясь про себя, он дошел до замка Аика. Год назад он уехал отсюда, едва успев стать приемным сыном, и теперь постеснялся войти через парадную дверь. Он вошел со двора на кухню и окликнул Дендо:

— Здравствуй, Дендо, вот я и вернулся. Слышишь? Эй, Дендо!

— Кто это там? — проворчал Дендо. — Мусорщик пришел, что ли?

— Да нет, это я…

— Ох, простите великодушно, тут в это время всегда мусорщик приходит, вот я дал маху… Добро пожаловать, входите, пожалуйста! Господин! Господин! Вернулся господин Коскэнд!

— Что такое? — послышался из покоев голос Аика. — Коскэнд вернулся? Да где же он?

— Здесь, на кухне…

— Где? Почему? — В кухню вбежал Аик. — Почему же ты на кухне? Как водонос какой-нибудь… Дендо! Эй, Дендо, ну что ты вертишься на одном месте? Бабка! Бабка, иди сюда, наш Коскэнд вернулся!

— Что? — откликнулась кормилица. — Молодой господин вернулся? То-то, верно, намаялись… Очень приятно видеть вас в добром здравии.

— Батюшка, — сказал Коскэнд, — я рад видеть вас бодрым и здоровым. Мне все хотелось написать вам с дороги, но послать письмо в пути очень трудно, так и не собрался. Я очень беспокоился о вас и теперь так рад видеть снова…

— Я тоже без меры рад твоему возвращению, — торжественно сказал Аик. — Я, рыцарь Аик, заявляю, что полностью удовлетворен. Хоть и «бывают дни, когда ворон не каркает», а я-то о тебе ни на миг не забывал. Когда шел снег, я думал, через какие поля на своем коне ты скачеш? Ни в снег, ни в ветер я не забывал про тебя. И вот неожиданно ты возвратился! Дочь моя тоже только и думала что о тебе. В первое время она много плакала, так что мне пришлось даже пожурить ее. Не смей так горевать, говорил я ей, так ведь и заболеть недолго, крепись…

— Я как сегодня приехал, — сказал Коскэнд, — так сейчас же отправился в храм. Я и вернулся сюда, чтобы панихиду отслужить по господину, завтра годовщина его смерти…

— Ну да, — вздохнул Аик, — я и то уж хотел завтра вместо тебя сходить помолиться на могилу… Бабка! Ты видишь, господин Коскэнд вернулся!

— И то вижу, — отозвалась кормилица, — радость-то какая. Вы как уехали, так дня у нас не было, чтобы о вас не говорили… И не похудели нисколько, все такой, как были, только будто загорели маленько…

— Ну-ка, бабка, неси его сюда, — распорядился Аик.

— Нельзя, — возразила кормилица, — спит он сейчас. Вот проснется, глазки протрет, тогда и покажем… Лучше его показать, когда он смеется…

— Это правильно, — согласился Аик. — В первый раз показывать плачущим не годится, а он непременно расплачется, если разбудить. А как выспится, сразу же принеси…

Вбежала, плача от радости, Берта. Она сидела у себя в комнате возле спящего младенца, когда ей доложили, что вернулся муж.

— Здравствуйте, господин мой, — проговорила она, — не могу даже сказать, как хорошо, что вы столь скоро вернулись… Мы каждый день вспоминали вас… И еще радостно мне, что вы даже не осунулись ничуть…

— И я рад, что ты здорова, — сказал Коскэнд. — И спасибо тебе, что заботилась о батюшке, пока меня не было. Прости, что не прислал тебе письма с дороги. Все равно я думал о тебе каждый день… Радостно мне видеть всех вас живыми и здоровыми…