Эдвард Резерфорд - Дублин

— Ты, проходимец! — заорал он. — Ты нарочно заставил меня гоняться за призраками!

— Да разве я мог такое сделать, ваша светлость? Клянусь всем святым…

— К черту твое святое! — проревел граф. — Ты, ирландское отродье, папистская собака! Лжец! Думаешь, сумел меня одурачить? Где Эммет? Где мой сын?

— Не знаю, — с досадой ответил Финн.

— Тогда я вот что тебе скажу… — Голос графа внезапно зазвучал холодно от злости. — Если Эммета и моего сына поймают и казнят, все прекрасно. Но ты, конечно, ничего не получишь. Ни пенни. Но сохранишь жизнь. А вот если они сбежали, то я буду считать, что ты с ними сговорился. — Он придвинулся к Финну. — Помни, О’Бирн, я видел тебя здесь. Я знаю, ты был одним из бунтовщиков, и я дам показания об этом. — Он еще ближе наклонил лицо к Финну и прошептал со смертельной угрозой в тоне: — И посмотрю, как тебя повесят. — И тут же развернулся и ушел.

— Милорд… — Финн побежал за ним. — Мы можем поехать к замку. Они могут быть там. Вы их увидите…

— К черту твой кеб! — весьма нерассудительно огрызнулся Геркулес. — И к черту тебя! Я лучше пешком пройдусь.

— Но плата, милорд! — взвыл Финн. Бог знает, сколько нужно было заплатить кебмену за такую долгую поездку. — Плата…

— Сам заплатишь! — презрительно бросил граф.

Но тем самым он сделал ошибку богатого человека, забыв, что беднякам кебы не по карману. И ошибка эта стала фатальной.

Поскольку в этот момент внутри Финна О’Бирна, онемевшего от ужаса и смотревшего вслед лорду Маунтуолшу, что-то щелкнуло. Он вдруг осознал, что у него под пальто до сих пор скрыто складное копье. Достав его, одним движением он развернул древко во всю длину. Геркулес услышал странный звук и обернулся — как раз вовремя, чтобы увидеть, как О’Бирн движется на него с огромным копьем, чье сверкающее лезвие было направлено прямо ему в живот. Геркулес попытался увернуться, но безуспешно, и лезвие с треском прорезало его пальто, и он ощутил страшную жгучую боль внутри. И упал на колени. Финн уперся ногой ему в грудь. Он хотел вытащить копье. Геркулеса снова пронзила безумная боль, он услышал тошнотворный звук, а потом увидел чудовищное окровавленное лезвие копья, сверкнувшее возле его шеи, и в его голову будто ударила молния.

Финн отступил назад. Тело лорда Маунтуолша фонтанировало кровью. Финн наблюдал, дрожа. Хорошо. Он надеялся, что Эммет и его люди сумеют ворваться в Дублинский замок и сделают то же самое со всеми тамошними проклятыми англичанами.

В конце концов, хотя он и предал Эммета, ему все-таки нравился этот человек.

Финн огляделся. Лучше было бы не оставлять здесь труп. С другой стороны, он ведь не мог вытащить его на улицу. Финн заметил, что стена, окружавшая двор, в одном месте достигает всего шести футов в высоту. Он встал на какой-то ящик и заглянул через нее. По другую сторону на краю неухоженного клочка заброшенной земли лежала небольшая куча компоста. Финн пошел на склад, взял лестницу и вкатил на нее тело графа. Подтащив эти своеобразные носилки к стене, он поднял свободный конец лестницы, прислонил к стене и после этого без особых трудностей перевалил Маунтуолша через стену. Затем, опустив лесенку на другую сторону, он немного повозил ею туда-сюда, слегка присыпая труп компостом. После этого снял с себя окровавленное пальто и тоже бросил за стену вместе с копьем. Потом стер кровь с лесенки и отнес ее в дом. Найдя таз и кувшин с водой, он вымыл руки. И плеснул воды на башмаки. На спинке стула в главной комнате висело пальто молодого Эммета. Финн рассудил, что Эммету оно теперь едва ли понадобится.

Когда он вышел во двор, то увидел ожидавшего там кебмена.

— Вы закончили свои дела, джентльмены? — спросил он.

— Те джентльмены ушли, — ответил Финн. — Ты знаешь, кто я?

— Нет, сэр.

— Я Роберт Эммет, но ты меня здесь не видел. Иначе ты покойник.

— Хорошо, сэр. Но кто мне заплатит?

— Заплатит? Ты сделал это ради революции. — Финн отлично копировал манеру Эммета говорить. — А теперь уходи.

— Не уйду без денег.

— Вот как?

На земле у ног Финна лежал меч. Он наклонился, поднял его и бросился на кебмена, который, естественно, рванул на улицу. Парень был так напуган, что даже не запрыгнул на свое кучерское сиденье, а просто помчался на восток, к городу.

Пора было уходить. Бросив меч, Финн О’Бирн перешел улицу. И через несколько мгновений исчез в темноте.

Джорджиана была мрачна. Ее кучер нервничал. Он до сих пор понятия не имел, почему его хозяйка вот так мечется по городу, однако дела оборачивались плохо.