Эптон Синклер - Агент президента

Это поставило Ланни в центр внимания, и дама в очках подошла к нему. Отвернувшись от книг, она воскликнула: "Боже мой, вы считаете на самом деле, что можно посещать этого человека?"

Ланни спокойно ответил: "Можно, если был правильно представлен".

— А как же представиться?

— Ну, так случилось, что фюрер является поклонником картин моего отчима, и я привёз туда несколько картин, а он купил их для своего гостевого дома.

— Так это был деловой визит!

— Отчасти так, но и также социальный. Вы нашли бы его очаровательным собеседником, я вас уверяю.

— Я полагаю, что он любит маленьких детей, и все такое!

— Действительно, он очень любит детей.

— И как у него их готовят?

На этот раз Ланни быстро не сообразил. Все, что он мог сказать: "Что вы имеете в виду?"

— Что я имею в виду? Как их готовят и под каким соусом подают?

Компания перестала вести все другие разговоры и слушала этот диалог. Вежливые люди опешили, как и Ланни. Тем не менее, ему удалось улыбнуться и ответить: "Так случилось, что он вегетарианец. Из младенцев он ест только цыплят, пока они не вылупились, другими словами, яйца пашот на его вареных овощах. Но он закажет вам ягненка или теленка, по вашему желанию". Женщина встала, как будто она собиралась произносить речь. И никто не предложил прекратить этот поединок. "Скажите мне, мистер Бэдд", — сказала она, — "Вы одобряете политические программы этого очаровательного вегетарианца?"

— Я искусствовед, мисс Крестон. Я помогаю находить прекрасные картины, в основном, для американских коллекций. Я обнаружил, что мне необходимо иметь дело с людьми разных политических взглядов, и я стараюсь не внушать им своих.

— Но вы должны иметь свои, не так ли?

Довольно неловкое положение для Ланни Бэдда, который не мог допустить, чтобы члены этой группы потом могли сказать, что он уклонился от такого вызова. Об этом поединке будут говорить, и слух пойдёт по всему Мысу Антиб. Он должен был дать расплывчатый ответ, который удовлетворил бы фашистов и нацистов, которые роились на этом побережье удовольствия.

Сын владельца Бэдд-Эрлинг Эйркрафт заявил: "Когда я был молод, у меня были политические взгляды, но когда я вошёл в возраст, с которого человек ответственен за свои действия, я обнаружил, что они нарушают моё пищеварение и мое суждение о художественных произведениях. Так что теперь я ограничиваю себя избранной мною профессией и оставляю более квалифицированному персоналу заниматься мировыми проблемами".

— И если вы обнаружите, что один из этих людей захватил власть над миром путем массовых убийств и лжи, то это не будет беспокоить вас ни в малейшей степени?

— Боюсь, мисс Крестон, я должен оставаться в моей башне из слоновой кости, и оставить вам иметь дело с этим опасным человеком.

"Башня из слоновой кости, мистер Бэдд?" — отрезала женщина. — "Мне кажется, вы могли бы лучше назвать это пещерой, а себя троглодитом".

Можно было почувствовать шок, пробежавший по этой благовоспитанной компании из-за этого ужасного слова, хотя немногие знали его смысл.

Ланни все же воспринял его приветливо. Он сказал: "Я знаю, что троглодит был косматым человеком, и я вряд ли могу претендовать на эту роль". Это дало компании возможность рассмеяться и сломать напряжение. Дамы начали говорить очень быстро о чем-то еще. А мисс Крестон, понимая, что она сказала труднопроизносимое слово, вернулась на свое место.

Работа довела Ланни почти до состояния, известного психиатрам как шизофрения. Два сознания, живущих в одном теле. Он был совершенным реакционером и чувствовал все те эмоции, которые он должен ощущать, чтобы показать их аудитории. Затем он частично становился собою и настоящим бунтарем. Сейчас он тихо сидел, бросая украдкой взгляд на незнакомку, и думал: "Черт возьми, какая сила духа. Вот женщина, которая ненавидит каждую волосинку на нацистском звере, и она не боится говорить так среди людей, которые хотели бы ее отравить!"

Он вспомнил картину, которую нарисовала Нина, о себе, обращённом какой-то пламенной антинацистской девушкой, а потом женившимся на ней! Он мог быть совершенно уверен, что мисс Крестон способна провести, по крайней мере, первую часть работы. Но как провести эту операции здесь в одном из ведущих мировых центров сплетен? Всё складывалось хорошо для агента президента. Красная мегера напала на него и назвала его троглодитом! "Что это такое?" — спросят испуганные пожилые дамы с величественными манерами, и когда им ответят, — "пещерный человек", они скажут: "О!". И навсегда после этого убедятся, что Ланни хороший фашист. Но если эта история будет иметь продолжение: "О, моя дорогая, что ты думаешь, он пригласил её на автомобильную прогулку, и говорят, что они быстро подружились", — нет, очевидно, что это заклеймит Ланни до конца его дней.