Ольга Гурьян - Обида маленькой Э

— Нет! — крикнула Сюй Сань. — Этому не бывать! Лучше я сама себя продам, чтобы удовлетворить твою жадность, но с Mаленькой Э не расстанусь, пока жива. А силой ее возьмешь, я утоплюсь в твоем колодце, и мой дух будет преследовать тебя по ночам.

— Вот еще что выдумала! — сказала тетушка Мей. — Ну не хочешь расставаться, никто тебя не неволит. Как хочешь! Я вас могу обеих продать. Мне же лучше. Сейчас сбегаю к сборщику податей, поговорю с его управляющим. У него большой дом, н ему нужно много служанок. Ай-я, как они живут! У последней кухонной рабыни серебро в ушах и на пальцах. Хорошо живут монголы, ты ке пожалеешь. Я сейчас пойду и договорюсь.

С этими словами она достала большой железный замок.

— К чему этот замок? — спросила Сюй Сань.

— А вот, запру двери, чтобы мои райские птички не улетели.

— Делай как знаешь, — сказала Сюй Сань. — Но куда я пойду, когда ты у меня все отняла? И не могу я уйти, не рассчитавшись с тобой. Запри меня, если хочешь, но выпусти Маленькую Э, чтобы она могла поиграть на солнышке. Что делать ребенку в пустой комнате? Плакать вместе со мной, чтобы соседи услышали?

Тетушка Мей, подумав, выпустила Маленькую Э, запретив ей уходить далеко от дома, повесила замок на дверь и ушла. А Маленькая Э села на ступеньки, печально глядя перед собой.

Вдруг она увидела, что по дороге едут три тележки с красными сундуками. Не долго думая Маленькая Э вскочила и побежала им навстречу. И действительно, это были те самые тележки, и на второй из них сидел, болтая ногами, не кто иной, как Цзинь Фу.

— Старший братец! — закричала Маленькая Э. — Остановитесь, прошу вас! Помогите нам, дорогой Цзинь Фу!

Тележки тотчас остановились. Со всех сундукон спрыгнули люди.

— Ах, добрый господии Грохочущий раскат грома! — закричала Маленькая Э. — Ах, старший братец Цзинь Фу! Нас с матушкой хотят продать в рабство!

— Мы выкрадем твою матушку! — воскликнул Цзинь Фу.

— Мы ее похитим! — крикнул Лэй Чжень-чжень, и от его голоса у осликов подогнулись ноги, а у мулов задрожали уши.

Маленькая Э указала домик тетушки Мей. Лэй Чжень-чжень уперся плечом в дверь, и створки с треском распахнулись, а замок оторвался и слетел вниз по ступенькам. Сюй Сань от страха закричала и закрыла лицо рукавом.

— Не пугайся, красавица, — пророкотал Лэй Чжень-чжень. — Я тебя уже раз избавил от беды и второй раз не поленюсь. Едем с нами. Мы довезем тебя, куда хочешь.

— Ах, добрые господа, — ответила Сюй Сань. — Благодарю вас. Но как мне уйти, когда я не рассчиталась с хозяйкой?

Тут неожиданно выступила Маленькая Э:

— Хозяйка украла у тебя из халата сто вэней, и продала наши одеяла, и вытащила деньги, зашитые в них. Разве это не плата?

— Правильно, младшая сестричка, — воскликнул Цзинь Фу. — Это достаточная плата!

— Это достаточная плата! — рявкнул Лэй Чжень-чжень, и от его голоса покачнулся колченогий столик, с него скатилась чашка с узором лотоса на дне и, звеня, раскололась на части.

В это мгновение вернулась тетушка Мей. Увидев сломанную дверь, она с криком ворвалась в комнату и кинулась прямо на Цзинь Фу. Он ловко наподдал ее ногой, и она отлетела к Лэй Чжень-чженю, Тот подхватил ее, приподнял в воздухе и крикнул:

— Ты кормила женщину два дня, а украла все, что у нее было. Это ли недостаточная плата? Сколько денег было в одеяле?

— Не было там денег, — завизжала тетушка Мей.

— Сколько там было? — рявкнул Лэй Чжень-чжень и встряхнул тетушку Мей.

— Не кричите, мой дом обвалится! — завопила тетушка Мей и вцепилась ему в волосы.

Но он сжал ее руку так, что она тотчас выпустила полосы, и закричал в третий раз:

— Сколько там было денег?

— Немножко меньше полгуаня, — ответила она и зарыдала.

— Это достаточная плата, — сказал Лэй Чжень-чжень и выпустил тетушку, так что она с размаху села на пол.

— Вполне, — сказал Цзинь Фу и дал ей подзатыльник.

— Раз господа говорят, что это достаточная плата, я ухожу, — сказала Сюй Сань, взяла Маленькую Э за руку и вышла.

Лэй Чжень-чжень и Цзинь Фу вышли следом за ней и так в последний раз хлопнули разломанной дверью, что бумажная картинка с изображением охранителя входа, приклеенная на двери, чтобы предохранить дом от несчастий, разорвалась пополам и улетела по ветру,

Тетушка Мей повалилась на пол и разодрала на себе ворот платья. Вдруг она услышала строгий голос:

— Болезнь познают глядя, слушая, спрашивая и щупая пульс. Положи твои руки на подушечку, женщина, чтобы я мог проверить все твои шесть пульсов.