Николай Данилов - Кордон

Завойко посмотрел в глаза собеседнику, стараясь угадать, понял ли командир корабля, куда его склоняет, спросил:

— Сколько, Иван Николаевич, понадобится вашим матросам времени, чтобы снять с фрегата половину орудий и перетащить их на берег?

Изыльметьев вопросительно уставился на губернатора: «Ах, вон в чем дело! Ему нужны пушки с «Авроры». Что ж это получается? Обезоружить фрегат? Так не пойдет!»

— Если враг при нас нападет на Петропавловск, — сказал Изыльметьев, — мой экипаж, как уже заверял, встанет на защиту порта. Но разоружать фрегат я ни при каких обстоятельствах не буду.

Губернатор нахмурился. Ему не понравился категоричный отказ капитан-лейтенанта.

— А вы, господин Изыльметьев, не торопитесь возражать, — предупредил Завойко. — Вначале выслушайте. Я веду разговор не о защите этого дома. — Он показал

рукой на свой флигель. — Хотя и его защищать надо. Оборона вверенного мне российского порта, в коем по воле рокового стечения обстоятельств оказались и военные моряки «Авроры», вас, офицера Российского императорского флота, должна волновать в высшей степени.

— Я в любой момент готов дать команду экипажу вступить в бой с врагом, — горячо отозвался Изыльметьев и насупленно добавил — Снимать же орудия с корабля не буду. Это не предусмотрено никаким уставом.

— Не упрямьтесь, — одернул его губернатор и настоял ответить на вопрос: сколько потребуется матросам времени, чтобы снять с фрегата половину орудий и перетащить их на берег?

— Несколько часов, — пробурчал Изыльметьев.

— Ну, часами, пожалуй, не управятся, — высказал сомнение Завойко, — а двое суток будет достаточно, чтобы уволочь их к местам батарей.

— Управятся часами, — повторил Изыльметьев.

— Хорошо, — не стал спорить губернатор. — Прошу выслушать внимательно. Чтобы принять вашим морякам максимально полезное участие в обороне Петропавловска, предлагаю такой прожект. «Аврору» вы ставите поперек Малой губы, против порта и Никольской сопки. За вами или впереди вас, значения не имеет, встанет транспорт «Двина»…

— А как на это смотрит его командир? — не преминул спросить Изыльметьев. — Транспорт тоже собирался вернуться в залив Де-Кастри.

— Собирался. Но его командир — человек понимающий и покладистый, — ответил Завойко с намеком на несговорчивость собеседника. — Мое предложение он принял без сомнений и колебаний.

Тут Василий Степанович сознательно покривил душой. Командир «Двины» был также категорически против разоружения его корабля. Тогда Завойко принял волевое решение: он приказал капитан-лейтенанту Васильеву, чей экипаж находится в порту, вверенному губернатору Камчатки, согласиться с необычным прожектом обороны Петропавловска.

Назвав командира транспорта сознательным и понимающим офицером, Завойко надеялся положительно повлиять на Изыльметьева. Однако и такое заявление не поколебало Ивана Николаевича. Он ничего не ответил. Завойко же, не обращая внимания на молчаливое возра-

жение командира фрегата, продолжал раскрывать прожект обороны порта:

— Как в ряд поставленные береговые батареи, корабли с обращенными орудиями левых бортов на юг смогут открыть огонь по врагу, когда тот, уничтожив наш аванпост, появится из-за Сигнального мыса. Орудия же противоло-ложных бортов обоих кораблей будут бездействовать. Они во время такого боя там практически не нужны. Как вы отчетливо понимаете, «Аврору» можно освободить от двадцати двух орудий, а «Двину» — от пяти. Вот я и предлагаю установить их на суше, там, где мы с вами определим сами. Орудийную прислугу, естественно, придется разделить: одни комендоры останутся на корабле в своих деках, другие перейдут на берег. Моряков, не артиллеристов, объединим в ударный отряд для отражения десанта. Вот так правильно будут распределены все ваши двести восемьдесят четыре человека. На «Двине» ведь тоже есть экипаж — шестьдесят пять человек.

Изыльметьев молчал. Он никак не мог смириться с мыслью, что придется снять с фрегата половину орудий. Однако доводы Завойко были весомыми, и командир корабля заколебался. «А если Василий Степанович прав в своем беспокойстве? — вкрадывалась мысль. — Что будем делать, коль в ближайшие дни к Петропавловску на самом деле подойдут вражеские корабли? Губернатора волнует судьба порта. Ему не откажешь в здравом рассудке — корабельные орудия на берегу можно расположить с максимальной пользой для обороны порта, при этом не подвергать корабли обстрелу… Ну, а если опасения Завойко окажутся напрасными? Тем лучше. Пусть какое-то время, до получения приказа от Путятина, «Аврора» постоит с невооруженным бортом. Ничего страшного не произойдет».