Николай Данилов - Кордон

— Пусть войдет, — отозвался Завойко.

Доклад унтер-офицера с обсервационного поста показался губернатору значительным.

— Ступай, служивый, на свой мыс, — сказал он. — Благодарю тебя за важное сообщение. Мы тут подумаем, где и как теперь будем встречать чужеземцев.

После ухода Яблокова губернатор долго измерял шагами свой просторный кабинет. Уже по тому, что «Президент» продолжал быть под адмиральским флагом, Завойко догадывался, как немаловажна для врага потеря Дэвида Прайса. Неприятель решил скрыть смерть адмирала от петропавлоЭДев. «В стане чужеземцев, — соображал Василий Степанович, — сейчас растерянность, возможен и разлад. Вчерашний бой им показал, что русские сражались достойно и что они умеют за себя постоять. Пыл врага остужен. Теперь неприятель с кондачка не полезет. Он тщательно подготовится к решительному штурму. Что на сей раз конкретно предпримет чужеземец?»

Завойко мысленно перевоплотился в командующего вражеской эскадрой. Повторить вчерашнее сражение? Бессмысленно. Оно может привести к тому же финалу… Но старую собаку новым шуткам не научишь. И Василий Степанович пробует затвердить в мыслях атаку на порт с прежних позиций. Корабли вновь уничтожают возрожденные батареи на Сигнальной сопке и Красном Яру и переносят огонь на Кошечную косу. Неприступное вчера одиннадцатипушечное сооружение вторично не сумеет оказать такого сопротивления — кончатся боеприпасы, порох… Мощный огонь трех-четырех кораблей исковеркает, засыплет землей орудия, перебьет и искалечит артиллеристов. Картина боя стоит перед глазами губернатора. Фрегаты и пароход смело приближаются к порту вдоль Ракового перешейка. Встав против входа в гавань, они с четырех бортов обрушивают огненный шквал на неподвижные русские корабли и сжигают их. В это время гребные суда высаживают крупный десант по всему берегу, от Красного Яра До Кошечной косы. Сотни моряков и солдат морской пехоты, вооруженные штуцерами и ручными гранатами, врываются в порт и селение. Завязывается яростная рукопашная схватка. Но и тут силы далеко не равны… Все! Петропавловск пал. Завойко в роли командующего англо-французской эскадрой уверенно выигрывает сражение.

Размеренно шагает губернатор по кабинету, от стола к двери, от двери к столу. Василий Степанович в той же роли противника. Он на месте французского адмирала колеблется в решениях. Следует ли повторять вчерашнее сражение? Разрушенные батареи 20 августа восстановлены. Русские по-прежнему не будут палить беспорядочно, экономя заряды- Их ядра и бомбы полетят только в

цель и опять нанесут кораблям серьезные повреждения. Во время боя погиб английский адмирал. Где гарантия, что не снесут голову французскому? А если не рисковать и подумать о другом прожекте штурма порта?

Завойко знал, как малой кровью овладеть Петропавловском. Будь он действительно на месте командующего союзной эскадрой, ни за что бы не стал повторять нападения, то есть действовать так, как в сражении 20 августа. Вчера, атакуя в лоб, чужеземцы допустили ошибку, большую и грубую. Но она исходила из незнания обстановки и местности. Теперь можно и нужно действовать по-другому. Противнику, надо полагать, стало известно, что оборона Петропавловска наиболее уязвима в ином месте, с севера. И Завойко снова вошел в роль адмирала-завоева-теля. Он от беглых американцев узнает, что между Никольской сопкой и Култушным озером есть дефиле, которое защищают всего две хилые батареи. Уничтожить их не составит усилий одному фрегату. Когда мощным огнем будут снесены с земли эти артиллерийские сооружения, десантники лавиной хлынут в порт…

Завойко возвратился к исходной точке и начал медленно развивать события. Три корабля, как и 20 августа, отвлекут на себя южные батареи — Сигнальную, Кошеч-ную и Красного Яра. Держась на безопасном расстоянии, они откроют по берегу огонь. При этом гребные суда будут готовы в удобный момент высадить десант. Иными словами, враг прикует те же береговые силы, которые действовали в минувшем сражении. Тем временем другие корабли, не обращая внимания на Перешеечную батарею, направятся к северной оконечности Никольской сопки. Половина эскадры обрушит огонь на две батареи у озера и в короткое время расчистит путь десантникам по дефиле к порту.

Какими силами отражать врага? С южных батарей людей не снимешь и пушки оттуда не переволочешь — им самим будут угрожать три корабля и десант. «Аврора» и «Двина» стоят к дефиле невооруженными бортами… Итак, противник севернее порта уничтожает одну, затем другую батареи. Десантники по дефиле лавиной устремляются к селению. Одновременно гребные суда высаживают против Красного Яра морскую пехоту. Севернее и южнее порта враг на суше. Он численно превосходит защитников Петропавловска втрое…