Йорг Кастнер - Чистилище

– Я не хочу об этом говорить…

– Но я хочу! – с нажимом произнес Масси. – Анджело живет в Борго-Сан-Пьетро? Он действительно обладает даром целителя? Если это так, вы должны нам об этом сказать! От этого зависит жизнь человека. Вам недостаточно того, что этот молодой человек потерял Розалию Бальданелло? Может быть, вы хотите, чтобы он лишился и этой молодой женщины?

Было видно, что Писано борется с самим собой. Казалось, будто две разные души разрывают на части его грудь.

– Даже если я отведу вас к нему, неизвестно, поможет ли он вообще синьорине.

– А вот об этом мы его сами попросим, – решительно заявил комиссар Масси.

Александр остановил свой «пежо» на парковке возле губернаторского дворца, в котором располагалась администрация Ватикана. Когда он вышел из машины и глубоко вдохнул, его встретил небольшой моросящий дождь. Он знал, что ему предстоит нелегкий путь. Посещение отца в тюрьме было обременительным для обоих. Еще три месяца назад Александр был готов отречься от отца, целиком и полностью забыть о его существовании. Но родителей не выбирают. Даже если Маркус Розин был генералом ордена «Totus Tuus», совершил величайшее преступление и на его совести были человеческие жизни, он по-прежнему оставался отцом Александра. Поэтому Александр искал встречи с ним, чтобы поговорить. Он знал, что никогда не простит отцу того, что тот совершил, но пытался его понять. Сегодня появился еще один повод увидеться с ним, однако Александр не мог сказать, как отец отреагирует на это Он прошел мимо церкви СантоСтефано к вокзалу Ватикана и приблизился к стальной двери здания, которое находилось под недремлющим оком множества камер наблюдения. Энрико нажал большую кнопку дверного звонка и, наклонившись к переговорному устройству, назвал фамилию, а затем добавил:

– Дон Луу должен был сообщить обо мне.

В ответ раздался низкий голос. Александр открыл дверь и вошел внутрь. В комнате охраны сидели два сотрудника из виджиланцы, которые проверили документы Александра и наличие у него оружия. Потом они велели ему подождать пять минут и лишь после этого провели в помещение для свиданий.

Посреди комнаты за большим столом сидел Маркус Розин. Руки его лежали на столешнице, словно он держался за нее, боясь упасть. Солнечные очки, которые скрывали его пустые глазницы, в комнате без окон, освещенной неоновыми лампами, казались лишними. У Александра до сих пор были свежи воспоминания о кровавой стычке с Маркусом Розином и другими предателями в тайных подземельях Ватикана. Старая женщина, которую все звали Котолюбка, показала Александру и его людям вход в подземный лабиринт. Ее застрелили, но один из ее котов выцарапал глаза генералу ордена «Totus Tuus».

Жандарм, оставшийся наблюдать за теми, кто находился в комнате свиданий, делал вид, будто его совершенно не интересуют ни посетитель, ни заключенный. Александр сел на стул напротив отца.

– Александр? – спросил Маркус Розин.

– Да. Доброе утро, отец. Тебе сообщили, что посетитель – я? Или ты узнал меня по звуку шагов?

– Ни то, ни другое. Кто бы еще решил навестить меня здесь?

– Ну, не знаю… Возможно, старые друзья.

– Шутишь? Ты думаешь, они отважились бы прийти в новую ватиканскую тюрьму? Это все равно что самому сунуть голову в пасть льву.

– Но у тебя все же остались друзья, – возразил Александр. – Несмотря на то что Папа Кустос провозгласил орден распавшимся, они все равно где-то тайно собираются. Так ведь?

– Если люди верят в свое дело и готовы пожертвовать ради него своей жизнью, они не обратят вниманияна то, что говорит незаконный понтифик.

– Кустос избран по закону.

– Это нужно еще доказать, особенно теперь, когда есть второй Папа, – ответил Маркус Розин, и в его голосе прозвучало удовлетворение.

– Ты хорошо информирован.

– Мне позволено слушать радио, и я включаю его очень часто. – Маркус Розин постучал указательным пальцем по солнечным очкам. – Что же мне еще остается?

– Я знаю, что ты выступаешь против реформ Кустоса и, прежде всего, против него самого, ведь он лично хочет воплотить их в жизнь, – вздохнув, сказал Александр. – У тебя еще сохранились контакты с единомышленниками?

– Ты имеешь в виду моих братьев и сестер?

– Называй их, как тебе угодно.

– Как же мне поддерживать с ними контакт? Читать, что ли, их тайные записки, которые они передают в камеру контрабандой? – Маркус Розин коротко и безрадостно рассмеялся. – Составленные с помощью алфавита для слепых?