Йорг Кастнер - Чистилище

Капитан Ленуа прокричал приказ, прогремел барабанщик, и солдаты начали собираться. Мария, оглядевшись, спросила:

– Что это значит?

– Капитан отдал приказ к отходу, – сказал я.

– Но как же быть с убитыми? Они так и останутся непогребенными?

– Разве мертвецы-бандиты похоронили моего кучера? – ответил я вопросом на вопрос и тут же пожалел об этих резких словах. Мария замолчала и пристыженно опустила глаза.

– Синьор Шрайбер прав, – сказал Риккардо. – Длякапитана мы трое – пленники бандитов. Если мы будем чересчур беспокоиться об убитых, это может вызвать у него подозрения.

Через полчаса убежищебандитов было далеко позади. Колонна солдат маршировала по неприветливой местности. Мария и я шли по обе стороны от Риккардо и поддерживали его, насколько это получалось. У него были легкие ранения, но и они ослабили его.

– Значит, в Лукку, – тихо пробормотал предводитель бандитов. – Я догадывался, что маршрут экипажа должен заканчиваться там. Кто бы там ни был вашим покровителем и заказчиком, синьор Шрайбер, у него не просто много денег, у него еще и хорошие связи. Даже герцогиня не отправила бы на ваши поиски половину своей армии.

– Герцогиня? – повторил я.

– Элиза, сестра французского императора. Наполеон в начале года пожаловал ей титул герцогини Пьомбино. – Риккардо мрачно рассмеялся. – Не очень-то большое герцогство: так, мухи на мировой карте натоптали. Но Элиза настолько хорошо там управлялась, что император пожаловал ей и герцогство Лукка. Эти солдаты присланы сюда по ее приказу, во всяком случае, они уж точно не подчиняются герцогу. – Риккардо вновь рассмеялся, и в его смехе чувствовалось презрение. Правда, в тот же миг смех перешел в кашель, и Мария озабоченно взглянула на брата.

– А что случилось с герцогом? – спросил я, когда Риккардо немного отдышался. – Ты же говоришь о муже герцогини?

– Да, ее муж, не больше! Этим все сказано. Его зовут Феликс Бачокки, он тоже корсиканец, как и Бонапарт. Этого вполне достаточно, чтобы стать зятем императора. Он отвергает всякое честолюбие и во французской армии смог дослужиться лишь до капитанского чина, пока Наполеон не произвел его в бригадные генералы и не назначил командующим войсками Пьомбино и Лукки. Но и здесь, как я уже говорил, заправляет Элиза. Проклятая баба! – Он зло сплюнул. Мария крепче сжала его руку и тихо, но настойчиво зашептала:

– Ты не должен так говорить, Риккардо! Если тебя услышит какой-нибудь солдат, твоя судьба будет решена!

– Мария, я всего лишь говорю правду об этой корсиканской ведьме.

Я снова вмешался в разговор:

– Мне кажется, что ты ненавидишь герцогиню, Риккардо. Но почему?

– Потому что она хочет меня и таких людей, как я, взять к себе на службу. Она ведет настоящий крестовый поход против всего, что называется бандитским бесчинством. Это значит, что сестра императора хочет вырубить все леса в своем герцогстве, чтобы ни одному бандиту не удалось спрятаться.

В душе я не мог не смеяться над Риккардо. Он говорил о службе как настоящий торговец, столяр или пекарь, но при этом вместе со своими сообщниками убивал честных горожан, отнимая у них деньги. Мне даже в какой-то мере повезло, что герцогиня Элиза так безжалостно обращалась с бандитами и действовала без промедления, послав на поиски много отрядов. Меня снова начало разбирать любопытство: что же за человек этот мой заказчик, если он имеет такое влияние на сестру императора Наполеона? Когда солдаты на поляне остановились на привал, а капитан Ленуа присоединился ко мне и моим мнимым слугам, я решил выведать немного больше. Чтобы не выложить все карты сразу, я как бы между прочим спросил, откуда солдатам стало известно о маршруте моего экипажа. К моему разочарованию, Ленуа ответил очень сухо и коротко:

– Терпение, мосье Шрайбер, в Лукке вы все узнаете!

Рота капитана Ленуа вскоре присоединилась к другим поисковым отрядам, и на следующий день, вскоре после обеда, мы прибыли в Лукку. Как только показались городские стены, солдаты возликовали, не скрывая радости по поводу окончания долгого марша. Мария, Риккардо и я не обращали внимания на сбитые ноги, но жаловались на другую часть тела, которая пострадала после того, как каждому из нас выделили по мулу из обоза поисковых отрядов.

Я забыл обо всех своих нареканиях, когда размытые очертания города под лучами послеполуденного солнца постепенно приобрели четкие контуры. Окруженная старыми крепостными валами, Лукка выглядела очень внушительно. Благодаря многочисленным деревьям на внутреннем валу казалось, что перед тобой не город, а лес за широкими стенами. Одинокая сторожевая башня, наверное, последний реликт набожных заказчиков средневековья, поднималась над крышами и валами И даже над ее верхушкой гордо высились высаженные деревья Лукка произвела на меня сказочное впечатление. Когда наша длинная колонна проходила через городские ворота, у меня появилось ощущение, будто мы погружаемся в иной мир.