Джорджетт Хейер - Воспитание чувств

Сэр Монтегю слегка побледнел, однако ответил недрогнувшим голосом:

– Ты лишился рассудка, мой мальчик. Подозреваю, ты просто пьян. Я не понимаю, о чем ты говоришь.

– Напротив, вы все прекрасно понимаете! – гневно возразил Шерри. – Но я не деревенская девчонка, и отмахнуться от меня столь же легко вам не удастся! Я сразу же понял, кого должен благодарить за эту историю, как только услышал фамилию Джиллингем! Вы – глупец, если думали, что я не догадаюсь об этом! Господи, каким же тупицей вы должны меня считать!

– Я считаю тебя вспыльчивым и несдержанным молодым человеком, мой дорогой Шерри. Если не веришь, можешь сам спросить у миссис Джиллингем, имею ли я какое-либо отношение к визиту в ее дом леди Шерингем!

– Где вы взяли деньги, чтобы заплатить ей за вашу грязную игру? – задал оскорбительный вопрос его светлость. – Или она проделала это из любви к вам?

– Ступай домой, Шерри: ты определенно пьян! Но знай, я не доставлю тебе удовольствия и не позволю затеять со мной ссору!

– Да неужели? – сказал Шерри и ударил Ревесби по лицу перчатками, которые сжимал в руке.

После удара бледная щека сэра Монтегю стала алой, и он быстро шагнул назад, злобно глядя на своего противника.

– Итак? – сказал Шерри. – Итак? Каков ваш выбор? Что вы предпочитаете – пистолеты или шпаги?

– Повторяю: я не позволю тебе затеять со мной ссору. Ты пьян! А если начнешь рассказывать, что я уговорил миссис Джиллингем погубить леди Шерингем, то лишь выставишь себя на посмешище. Я стану категорически все отрицать, и она тоже.

Еще несколько мгновений Шерри стоял, глядя на Монтегю прищуренными глазами, взгляд виконта переполняло невыразимое презрение, а потом он отвернулся и положил ладонь на ручку двери.

– Мой кузен Ферди называет вас простолюдином, Ревесби, – сказал его светлость. Слова эти прозвучали как удар хлыста, и Монтегю, вздрогнув, напрягся. – Но он не знает и половины того, что известно мне! – заявил Шерри. – Вы трус – а я только сейчас об этом догадался!

Виконт подождал еще минуту, однако сэр Монтегю не пошевелился и не произнес ни слова. Тогда Шерри, презрительно рассмеявшись, вышел из комнаты.

Двое лучших друзей виконта наконец-то сообразили – его размолвка с сэром Монтегю, вместо того чтобы растаять без следа, как оба мрачно предрекали, сменилась неприкрытой враждебностью, поэтому пришли в неописуемый восторг и лишь спустя некоторое время поинтересовались, что же стало причиной разрыва столь нежеланной дружбы. Мистер Рингвуд к тому же заподозрил, что виконт вроде бы как и остепенился; и вот, выбрав удобный момент, когда они сидели в библиотеке его друга, пробуя бургундское, только что приобретенное Шерри, Джил без обиняков поинтересовался:

– Что-нибудь случилось, старина?

Виконт, удивленно подняв голову, ответил:

– Нет. С чего бы вдруг?

– Именно об этом я и спрашиваю себя. Не хочу лезть без спросу в твои дела. Просто подумал, что в последнее время ты не в духе. Кстати, очень приличное вино.

– Что ты имеешь в виду, когда говоришь «не в духе»? Я еще никогда не чувствовал себя лучше, Джил!

– Ну, если подумать, то и я не имею в виду чего-либо конкретного. Просто вдруг пришло в голову. Такое случается со мной время от времени. Хотя, пожалуй… Вот вчера ты ушел из «Вотьерза» совсем еще рано. Что, дела совсем плохи, Шерри?

– О господи, нет конечно! Ничего такого, о чем стоило бы волноваться. Правда, я в последнее время регулярно встречаюсь со своим поверенным, потому что изрядно поиздержался, так что все не столь радужно. Но ничего плохого не случилось, поэтому идти по стопам Таллертона я не намерен, сразу говорю.

– Чертовски рад это слышать, Шерри! – сказал мистер Рингвуд. – Мне никогда не доставляло удовольствия смотреть, как ты таскаешься с Ревесби по его притонам. Жулики и простаки, мой мальчик! Жулики и простаки!

– Можешь быть спокоен: с ним я больше никогда не пойду ни в притон, ни в какое-либо иное место, говорю откровенно! – чуточку резче, чем следовало бы, отозвался Шерри.

Мистер Рингвуд спокойно встретил горящий взгляд его голубых глаз и невозмутимо осведомился:

– Ты, никак, поссорился с ним, Шерри?

Виконт, коротко рассмеявшись, заявил:

– Я пытался вызвать его на дуэль. Оскорблял его почем зря! Господи Иисусе! Я даже ударил его по лицу! Но он безнадежный трус. Я так и сказал ему об этом – а он молча проглотил мои слова, как и все остальное.

– Этого следовало ожидать, – заметил мистер Рингвуд. – Но что заставило тебя вызывать его на дуэль, старина? Не ребенок, надеюсь?