Грегори Хьюз - Луна с неба

— Боюсь, что да.

Сонни встал и скрылся в комнате за баром.

— Знаете, ребята, езжайте-ка вы обратно в парк.

— Томми, что с вами будет? — спросил я.

Он попытался улыбнуться:

— Ничего страшного. Маленькое недоразумение. Вы погуляйте, а я вам потом позвоню.

— Томми! — Сонни показался в дверях.

Томми поднялся со стула.

— Я с тобой! — сказала ему Крыса, вставая рядом. — На удачу!

Томми посмотрел на нее сверху вниз, в глазах у него блестели слезы.

— Ты меня убиваешь, малышка! Вот ей-богу! — Он повернулся ко мне: — Боб, уведи свою сестру!

Томми ушел туда, куда его позвал Сонни. Крыса посмотрела на меня и стремглав метнулась за ним следом. Ну конечно, мне пришлось бежать за ней!

— А ну выметайтесь! — рявкнул Сонни.

— Нет! — заорала Крыса. — Мы уйдем только вместе с Томми!

В комнате сидели четыре дядьки очень злобного вида. Самый здоровенный развалился за письменным столом. У него были густые кудрявые волосы и большое плоское лицо.

— Как это понимать, Томми? — спросил он. — Решил притащить своих детей, чтобы меня разжалобить? Смотреть противно!

— Деньги будут у тебя через пару дней, Фрэнк, — сказал Томми. — Есть одно дельце.

— Ты мелкий жулик, который ухитрился пролезть в передовицу «Нью-Йорк пост» вместе с Айсменом. Так ты добыл почти две тысячи. Но почти двух тысяч недостаточно.

Он говорил спокойно, но в его голосе было что-то пугающее. Это был очень страшный человек.

— Сколько можно поскальзываться в супермаркетах и попадать под машину? Ни одного человека в Нью-Йорке не сбивали столько раз, сколько тебя, Маттола. Больше тебе не заплатит ни одна страховая компания. Откуда ты достанешь мои деньги? Станешь танцевать чечетку на Таймс-сквер?

— Тебе-то какая печаль, Фрэнк? — огрызнулся Томми. — В конце концов, я всегда плачу тебе!

— Это правда. Но то, что какой-то мелкий жулик заставляет меня ждать, — это оскорбление. И ты оскорблял меня так много раз. Я сломаю тебе руку, Томми. Для твоего же блага. Ну-ка несите сюда кувалду. И уберите детей!

Двое громил скрутили Томми. Я с ужасом понял, что ему действительно собираются сломать руку! Он же старый человек!

Сонни схватил нас с Крысой и поволок к двери.

— Пусти! — заверещала Крыса.

Я оглянулся. Они положили руку Томми на стол, и Большой Фрэнк уже заносил кувалду.

— Не надо!

— А-а-а! — завопил Сонни и посмотрел на свою руку.

Крыса укусила его за палец! И, вырвавшись, помчалась назад в комнату:

— Не смейте его трогать! У нас есть друзья в центре!

Все замерли.

Ну, вот и все. На этот раз Крыса своего добилась — теперь нам точно конец! Мне захотелось тряхнуть ее и заорать, что мы толком не знаем, где в этом городе центр!

Большой Фрэнк наклонился к ней через стол:

— Например, кто, девочка?

— Например, Айсмен! Он наш крестный отец!

Фрэнк посмотрел на первую полосу газеты:

— Да, ты там рядом с ним… Ну, предположим, он твой крестный отец. Он готов заплатить мне долг Маттолы сегодня?

— Нет, но он заплатит Томми пять тысяч долларов за поиски нашего давно потерянного дяди Джерома Де Билье. А в случае успеха — еще пять тысяч.

— Кто-нибудь знает этого Джерома Де Билье? — спросил Фрэнк.

— Слыхал это имя, — сказал Сонни.

— А ты не пытаешься выгородить своего приятеля, Сонни?

— Выгораживать его мне уже надоело. Я действительно слыхал это имя. Просто не помню где.

Большой Фрэнк смотрел на Крысу. Крыса сложила руки на груди и, не отрываясь, смотрела на Фрэнка. А я вспоминал свою прожитую жизнь, которая не столько проносилась перед глазами, сколько ускользала и таяла.

— Даже если ты не лжешь, деньги я все равно не получил, — произнес наконец Фрэнк и повернулся к Томми. — Я решил для себя, что проявлю снисхождение, если ты сегодня заплатишь две тысячи. Тогда я дам тебе еще два дня.

— У меня нет двух тысяч, Фрэнк.

— Велосипеды! — сказал я.

Мы с Крысой метнулись на улицу и приволокли велосипеды.

— Это самые лучшие велики, которые только можно купить! — заверил я. — Каждый стоит пятьсот долларов! Они с лихвой возместят недостающие семьдесят баксов!

Большой Фрэнк посмотрел на велосипеды:

— Ладно, сойдут для моих мальчишек. Ну вот что, Жулик, через два дня принесешь мне тысячу и проценты — по сто баксов за день. Тысячу двести долларов через два дня, а не то сломаю тебе обе руки. А теперь убирайся с глаз моих долой! А ты, малявка… позволь дать тебе совет. Никогда не подставляйся за других. Особенно за таких мошенников, как этот!