Тревожная служба

— Пару одеял сюда! — крикнул лейтенант.

Санитары побежали к своей машине.

Шнейдерайт тем временем забрался в люк башни и, глубоко вдохнув, нырнул. Лейтенант взглянул на часы. Одна, две, три секунды, и вот наконец над водой показалось бледное лицо Шнейдерайта. Лейтенант и Франц Штейн кинулись к нему. Санитары укутали его одеялами.

Тягач осторожно тронулся с места. Видневшаяся над водой передняя часть танка медленно двинулась вперед. Тягач ревел, зарываясь гусеницами в мягкий прибрежный грунт. Танк качнулся из стороны в сторону и словно нехотя вылез из ямы.

Пошел снег. Шнейдерайт, пошатываясь, направился к санитарной машине. Ему показалось, что он не чувствует холода. Лейтенант и Франц Штейн поддерживали его.

— Точно так же поступил Арнд Шмид, — рассказывал Штейн. — Мы должны были произвести разведку. Все это произошло так быстро...

— Я знаю, — коротко сказал лейтенант.

В санитарной машине было тепло. Шнейдерайту помогли переодеться. Только теперь он почувствовал озноб. Санитар налил ему горячего чая.

— Есть у кого-нибудь сухие сигареты? — спросил Шнейдерайт.

Лейтенант предложил свои.

— Мы все выскочили на землю и только тогда заметили, что одного среди нас нет. И тут Шмид в полном снаряжении прыгнул обратно в воду. Кто мог от него этого ожидать? — В голосе Штейна чувствовалась гордость за поступок товарища.

Лейтенант кивнул.

— Хорошо сработал, — сказал он Шнейдерайту. — Танк засел глубоко, а пруд оказался не таким уж мелким.

— Да что там... — проговорил солдат и поплотнее завернулся в одеяло.

Снаружи донесся шум мотора. Дверь открылась, и водитель, просунув голову, доложил:

— Можно ехать, товарищ лейтенант. — Потом подмигнул Шнейдерайту: — Это был смелый трюк, Рони, поздравляю! Отпуск в порядке поощрения тебе обеспечен.

— Ну, все, — сказал лейтенант и встал. — Поехали, только сначала в медпункт. Врач должен проверить нашего водолаза.

— Это уж само собой, — ответил унтер-офицер.

— Едем, — повторил лейтенант и козырнул. — Всего доброго, — кивнул он оставшимся товарищам.

Рональд успел еще услышать, как водитель с удивлением спрашивал лейтенанта:

— Неужели это Шмид вытащил Рутковского из затопленного танка?

Ответа он не расслышал, так как дверь захлопнулась и санитарная машина отъехала.

Рональд чувствовал легкую слабость, и ему было немного не по себе, словно он был чем-то удручен. Его то знобило, то бросало в жар. Он закрыл глаза и откинулся на сиденье.

— Тебе плохо? Может, приляжешь на носилки? — спросил озабоченно Штейн.

— Ничего, — возразил Рональд. — Сейчас пройдет.

Машину сильно забрасывало на разбитой дороге, и солдаты крепко держались за спинки сидений.

— В субботу ребята пойдут в увольнение, — промолвил Штейн. — Ты не думаешь пойти во Дворец культуры? Там будет выступать какая-то знаменитая певица.

— Пойду, наверное.

— С Анке?

Рональд достал носовой платок и вытер вспотевший лоб. Слабость понемногу стала проходить.

— Конечно, с Анке.

— Хорошая девушка? Наверное, лучше всех, да?

Рональд устало улыбнулся.

— Мы давно дружим. Если хочешь, пойдем вместе. У Анке есть подруга.

— Маленькая Зиги?

— Да, Зигрид Лауэнштейн. Ты же ее знаешь.

Штейн замялся.

— Я бы охотно пошел, да боюсь, из этого ничего не выйдет... Как ты думаешь, Рони, что теперь будет? Наверно, начнется расследование...

— Ты знаешь, я об этом как-то не подумал. А что, мы сделали что-нибудь не так?

— Не знаю. На карте этой проклятой лужи не было. Что ж, я должен был без конца вылезать из танка и проверять путь? Но ведь учения проводились в обстановке, приближенной к боевой. — Он покачал головой. — Мы даже опомниться не успели, как маленький Арнд уже был в воде. Да...

— Да... — задумчиво повторил Рональд. — А мы растерялись. Если бы не Арнд Шмид... Когда Штейн закричал, что Енс остался в танке, Арнд уже стоял у башни, готовый нырнуть. Как я только что нырял, чтобы снять танк со скорости.

«Как это могло случиться? — в сотый раз спрашивал себя Рональд. — Почему я сразу не сообразил, что нужно делать? Даже лейтенант предполагал, что Енса вытащил из воды именно я. И лейтенант, и шофер тягача, и многие другие думали, что это моя заслуга. Но это сделал не я, а Арнд Шмид, этот застенчивый паренек».

— Ничего не случилось. Хотя, конечно, могло случиться, — размышлял Штейн. — И главное — избежать подобных неприятностей впредь. Но ты тоже молодчина!

— Не говори чепухи! У меня полный сумбур в голове. Я должен поговорить обо всем с Анке или лучше написать ей. Я лучше напишу.