В ответ я легонько дернула ногами, не резко, чтобы не расстраивать маму еще сильнее. И тут я заметила, что ранец-то остался дома! А в нем открытка для Кэтрин. Я схватила маму за руку и показала на свои ноги.
— Что еще? — раздраженно спросила она.
Я мычала, дрыгала ногами, показывала на пол, но мама не понимала. Тогда я указала на дом. На крыльце стоял папа в теплом спортивном костюме и, улыбаясь, держал в руке мой джинсовый ранец. Из-за спины у него выглядывала Пенни, на ней по-прежнему была пижамка с уточками, но вместо панамы — желтая клеенчатая шляпка; в одной руке Пенни держала Душку, в другой — мамин красный зонт. Сверкнула молния, почти сразу прогремел гром. Лило как из ведра. Мама в отчаянии вцепилась в руль.
— Рррр! — зарычала она, распахнула дверь, добежала под дождем до дома и выхватила мой ранец у папы из рук. В машину она вернулась насквозь мокрая. Папа помахал нам с крыльца забинтованной рукой, развернулся и зашел в дом. Входная дверь закрылась за ним, но не до конца.
И вдруг краем глаза я увидела, как из дома выскользнула Пенни — желтая пижамка, красный зонт волочится по крыльцу! Я видела ее только мгновение сквозь запотевшее стекло, но видела!
Я закричала, замолотила руками и ногами.
Мама вытаращила на меня глаза, будто в меня бес вселился, и закричала:
— Прекрати! Ты с ума сошла?
Но я не могла прекратить! Я била по стеклу, хватала маму за одежду, лупила по голове, щипала — во всяком случае, пыталась ущипнуть.
— Мелоди! Прекрати! Сил моих больше нет! — Мама пыталась перекричать гром. — Ненавижу, когда ты так себя ведешь! Прекрати! Учись себя контролировать! — И она взялась за ключ зажигания.
Я с визгом дернулась вперед, чтобы вырвать его из зажигания, но только поцарапала маме пальцы. И она ударила меня по ноге. Ударила меня впервые в жизни! Но я все равно визжала и билась. Мне нужно было ей сказать, что Пенни на улице! Никогда еще слова не были мне так необходимы.
Я и правда будто сошла с ума.
— Да отвезу я тебя в школу, отвезу! Можешь хоть оставаться там, если хочешь, — процедила мама сквозь зубы и повернула ключ. Заревел мотор, потоки теплого воздуха ударили по запотевшему стеклу, дворники заметались перед глазами.
Я заплакала. Зарыдала. Снова вцепилась в маму, но она отбросила мою руку. Было видно, что ей опять хочется меня ударить, но она сдержалась. Сжав губы, она глянула в зеркало заднего вида и включила заднюю передачу.
Я орала и визжала. Хлестал дождь. Гремел гром.
Джип медленно покатился назад.
Глухой удар.
Я замерла.
Дальше все было как в замедленном кино. Мама нажала на тормоз и медленно повернула голову влево. Потом, так же медленно, вправо — на крыльцо уже выскочил папа с перепуганным лицом.
— Пенни! Где Пенни? — кричал он.
Мама опустила мое стекло. На меня хлынул дождь, но мне было все равно.
— Что значит «где Пенни»? Она должна быть с тобой! — Мама говорила тихо, но в ее голосе звенел страх.
Она выскочила из машины, глянула на землю. И закричала. Она кричала долго, очень долго. И очень громко.
Громче, чем сирены машин, которые с воем мчались к нашему дому, — сначала подъехала полицейская, за ней пожарная, за ней «скорая»; громче, чем мой безмолвный крик.
Время будто остановилось. Дождь лил в открытое окно, а я так и сидела, пристегнутая на переднем сиденье, забытая всеми.
Мне было страшно.
Воздух был сырой и почему-то очень плотный, как и тишина, сменившая мамины крики и вой сирен. Ливень утих, превратился в мелкую морось.
После того как родители уехали на «скорой» в больницу, миссис В. вытащила меня из машины и усадила в коляску. На столик она положила мокрую, перепачканную в грязи Душку.
— Нашла под машиной, — сказала она дрожащим голосом.
Я дотронулась до игрушки и всхлипнула.
— Отмоем ее, она будет ждать Пенни дома, — сказала миссис В., толкая коляску в сторону своего дома. — Слышишь, Мелоди? — Не понятно, кого она пыталась успокоить: меня или себя.
Тошнота подкатывала волнами.
Миссис В. переодела меня в теплый спортивный костюм, поймала по радио какую-то ненавязчивую мелодию и приглушила звук. Я не видела цветов: музыка была серой.
— Есть будешь? — спросила она.
Я покачала головой. Потом она массировала мне плечи и спину, пока нам обеим не стало чуть легче.
— Схожу к вам, принесу «Медитолкер» и выпущу Ириску. Тебе что-нибудь нужно?
Я покачала головой и погрузилась в бледную пепельно-серую музыку.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу