Вильям Козлов - Маленький стрелок из лука

Кирилл не рассмотрел ее лица: в глаза ему бросился красный свитер и черный конский хвост за спиной. Когда девушка вихрем неслась вниз, хвост, извиваясь, развевался сзади. Наверное, волосы у нее длинные, до самого пояса.

- Девчонки сигают, а я не могу? - сказал Вадим и, довольно лихо оттолкнувшись палками, помчался вниз. Кириллу показалось, что он долго не показывается из-за перелеска, даже подумал, уж не упал ли, но тут приятель вынесся на равнину и, попытавшись затормозить у берега, не удержал равновесия и шлепнулся в снег. Девушка, поднимающаяся вверх, повернула в его сторону голову и улыбнулась. Обидно, конечно, скатиться с такой вершины и на ровном месте растянуться...

Кирилл нерешительно топтался на месте, не зная, что делать: или спуститься по ровной лыжне здесь, или подняться повыше? Вадим смог, а почему он, Кирилл, не сможет? И потом приятель не упустит такой возможности, чтобы не подтрунивать над ним, мол, струсил...

Кирилл поднялся на самый верх, прислонился плечом к сосновому стволу с растрескавшейся серой корой и посмотрел вниз: лыжня сразу круто обрывалась, совсем близко придвинулись к ней деревья, будто по лестнице спускающиеся с вершины. Девушка в красном свитере, ставя лыжи крест-накрест и помогая себе палками, карабкалась вверх. Ветер занес волосы вперед и закрыл ей пол-лица. Еще ниже показался Вадим. Он поднял вверх металлическую палку и помахал, крикнув:

- Если не упадешь, с меня дюжина пива!

И когда Кирилл уже понесся вниз, сопровождаемый свистом ветра, холодящим лицо и грудь, донеслось:

- А загремишь, ты ставишь...

Кирилл когда-то неплохо катался на лыжах, но с таких крутых гор давно не спускался. Весь напрягшись, низко согнувшись, так, что совсем близко видел подрагивающие заостренные носки синих лыж, он вихрем летел вниз и чувствовал, что его так и тянет вправо, где с нарастающим шелестом мелькают стволы деревьев с угрожающе нависшими над головой корявыми ветвями. И когда уже самое опасное осталось позади и он начал понемногу выпрямляться, а в груди все радостно пело: "Молодец, Кирюха! Удержался...", лыжа наскочила на ледяную голышку, неизвестно откуда попавшую в колею, подпрыгнула, вильнула в сторону и выскочила из колеи... Кирилл еще какое-то мгновение балансировал, потом рухнул в снег, и его закувыркало. Он слышал, как жалобно звякнула палка о ствол, видел, как одна лыжа, соскочив с ботинка, с тонким свистом понеслась вниз, а он, прочертив коленями две глубоких борозды, с шумом и треском врезался в колючий кустарник...

Он знал, что серьезно ничего не повредил, по крайней мере боли не чувствовал, разве что затылок ломило. Он лежал в метре от лыжни, придавив собой разлапистую елку, и смотрел в небо, которое не смогли загородить ветви деревьев. Небо было ярко-синее, с зеленоватыми квадратными пятнами, возникающими то в одном месте, то в другом. Большое, размазанное по краям облако загораживало солнце. Иногда тонкий розоватый луч прорывался на волю и заставлял искриться налипший на ветвях снег.

Вдруг небо исчезло, его загородило девичье лицо с широко распахнутыми глазами. Точнее, Кирилл сначала увидел одни лишь глаза, а потом, гораздо позже, все остальное. Глаза были большие и не совсем обычные: темно-серые, с зеленоватым оттенком, они были, будто небо в светлую лунную ночь, усеяны звездочками разной величины. И все звездочки лучились. Не глаза, а окна в таинственную вселенную.

- Вы ушиблись? - спросила девушка чистым звучным голосом.

И тогда он разглядел ее лицо. Оно тоже было необычным. Иногда идет человек по оживленной улице большого города и смотрит на прохожих. Глаза равнодушно скользят по лицам, не останавливаясь. И вдруг, как драгоценный камень, блеснет в толпе необычное, мгновенно приковывающее к себе внимание лицо. Оно может быть и некрасивым, но, как магнитом, притягивает взгляд, выводит человека из рассеянной задумчивости. Такие лица остаются в памяти и, сколько бы времени ни прошло, если снова ненароком повстречаешь незнакомца или незнакомку, сразу узнаешь и вспомнишь, где видел...

Лицо девушки было именно таким, которое не забывается. Большеглазая, скуластая, с маленьким ярким ртом, она чем-то напоминала дикое животное, то ли благородного оленя, то ли экзотического австралийского зверька, ловко лазающего по деревьям в джунглях. Кирилл даже не понял, красивая она или нет?..

- Пустяки, - сказал он, поднимаясь на ноги, но тут же снова упал. Казалось, кто-то дернул за веревочку, привязанную к его ноге. Еще ничего не понимая, он улыбнулся девушке и сказал: