Эптон Синклер - Широки врата

— Да.

— А разве он не высказывал там такие идеи?

— Действительно, Ланни.

— Действительно, мой дорогой отец! Так ты больше веришь наемному нацистскому агенту, чем твоей собственной плоти и крови?

— Я не думаю, что это вопрос веры. Квадратт немец, и, естественно, он высказывает немецкие идеи.

— Но Квадратт не немец, он урождённый американский гражданин. И когда он приходит к тебе, нашептывая нацистские планы для Америки, то он, конечно, волк в овечьей шкуре. Конечно, он проницателен, как дьявол, и он не придет прямо с этим, он расскажет, как это было сделано в Германии, а также укажет, что здесь ситуация быстро движется к кризису.

— Вряд ли мы придём к чему-нибудь, обсуждая его, Ланни. Я им не восторгаюсь и не разделяю его идеи.

— Очень хорошо, тогда, как насчет моего нового зятя, Капитано ? Ты его видел?

— Естественно. Марселина не могла не привести его к нам. И к тому же, он летчик, и у нас есть много общих интересов.

— Я понимаю, что они поехали в Калифорнию. А Капитано беседует там с итало-американцами, он герой войны и знаменитость, и мне сказали, что его расходы и много чего ещё оплачивает Общество Марио Моргантина, другое название для правительства Муссолини в Нью-Йорке. А теперь скажи мне, разве он не обсуждал эти идеи с тобой?

— Естественно он высказал свою собственную точку зрения. Мне было интересно услышать авторитетное мнение.

— Он моложе Квадратта и не очень умный, и он, вероятно, пришел прямо с предложением. Как тебе покончить со всеми твоими проблемами! Разогнать профсоюзы раз и навсегда, не дать Комитету производственных профсоюзов когда-либо проникнуть на ваш завод. Не отдавать Новому курсу большую часть дохода и сверхприбыли вашей компании. Витторио поможет организовать авиаторов! Ты предоставишь самолеты, и они захватят аэродромы в течение ночи. Танковый корпус присоединится к ним, и они возьмут государственные арсеналы, а вскоре и всю страну под свой контроль. Такие планы?

— Ты знаешь, Ланни, у тебя всегда богатое воображение.

— Я ничего не выдумал, Робби. Я всё услышал в гостиных, в том числе и моей матери и моей жены. Ты сам слышал рассказы посла Чайлда о перевороте Муссолини, и как он, Чайлд, получил финансовую поддержку от Уолл-стрита. Ты знаешь, как Тиссен и Гугенберг и остальные из их банды финансировали Гитлера, они сами тебе рассказывали. Я уверен, что ты знаешь людей, вкладывающих деньги в этот налет на испанский народ. Разве Хуан Марц не посылал тебе своего представителя за самолетами, скажи, разве не так?

Робби не хотел лгать своему сыну. И к тому же, там была часть его ума, который не мог не восхищаться этим непредсказуемым идеалистом. Чёрт подери! Как этим красным удалось всё выяснить!

Ланни заехал к Гансибессам, так их он называл. У них был ребенок, и Ланни стоял над кроваткой, глядя вниз на пару больших темных глаз, которые медленно двигались туда и сюда, расспрашивая об этом странном мире, в который настолько поразительно вступают младенцы. Расспрос увенчается только ограниченным успехом, но никогда полным. Гордые родители назвали этого новоприбывшего Фредди. Так постепенно это имя стало принимать новый смысл, дядя надеялся, что оно будет счастливее, чем старое. «Если мы сможем сохранить от нацистов эту часть мира!» — подумал он, но не озвучил.

Ланни позвонил Мерчисонам, а потом велел уложить Командора в универсал. Он отправился ранним утром вверх по долине реки Ньюкасла и через холмы к Гудзону. Он ехал вдоль этой великой реки в Олбани, а затем дальше на север через красивую сельскую местность. Было начало осени, и чем дальше он продвигался, тем больше изменялась листва. Её изменения были великолепны, но и грустны, потому что они напоминали о смерти. Чем больше он углублялся в Адирондак, тем меньше наблюдал эту периодически повторяющуюся трагедию. Сосны, ели и можжевельник сотворили для себя твёрдые острые листья, которые могут сохранять свой хлорофилл, несмотря на зимние морозы. В долинах были огненно-красные и желтые цвета, но склоны гор будут оставаться зелеными, пока они вдруг не станут белыми.

Производитель зеркального стекла и его семья имела свой «лагерь» на глухом озере, и жили там дольше, чем их соседи, потому что любили острый бодрящий воздух и прогулки по лесным тропинкам со мхами и папоротниками. Близился охотничий сезон, и куропатки свиристели на закате, а олени стонали и фыркали ночью. Во всех комнатах горели камины, и Ланни подумал о Каринхалле, но какая разница двух цивилизаций! Он рассказал об этом своим друзьям, смеясь. Здесь звери были дикими, а люди ручными, в то время как у нацистов всё было наоборот. «Но не цитируйте меня!» — попросил он.