Луиза Олкотт - Старомодная девушка [litres]

«Дорогая Полли!

Кружок шитья собирается у нас дома сегодня во второй половине дня. Пожалуйста, приходи помочь мне его провести, как ты это умеешь. Очень рассчитываю на тебя.

– Плохие новости, милая? – мисс Миллз с участием смотрела на Полли, вручив ей эту записку, когда девушка как-то вечером возвратилась домой.

– Придется пойти и помочь, хотя мне, признаться, не очень этого хочется, – ответила девушка, пересказав текст полученного послания. – Там соберутся знакомые Фанни и будут болтать о том, что меня не увлекает. Я для них чужая. Не будь я подругой Фан, они бы меня даже не приняли. Я прихожу, сажусь в уголке и шью молча, а они в это время беседуют между собой и смеются.

– А ты не считаешь, что это хороший шанс замолвить словечко за Дженни? – воодушевилась мисс Миллз. – Ей нужна работа, а эти молодые леди наверняка заказывают себе уйму одежды. Дженни – прекрасная швея, ей даются любые тонкости. Она живет с нами три недели и давно уже рвется заняться делом, чтобы получать хоть какие-то деньги, а я не хочу, чтобы она ощущала себя зависимой и от этого мучилась. Я сама для нее нашла бы заказ, но для этого надо побегать по знакомым, а времени нет из-за Миллеров, пока их не отправлю. Они здесь совсем обнищали, но на Западе смогут себя содержать. Я уже собрала для них деньги, чтобы они доехали до места, осталось снабдить их одеждой, и после этого они тронутся в путь. Таков принцип, дорогая: «Окажи помощь людям, чтобы дальше они помогали себе сами». – И она энергично щелкнула портновскими ножницами, которыми кроила рубашку из куска красной фланели.

– Я тоже очень хотела бы оказывать помощь. Только не знаю, с чего начать, – Полли растерялась от сложной задачи.

– Ни у кого не получается добиться идеального результата, но внести посильную лепту мы вполне способны. Прими участие в Дженни, попробуй устроить ее, вот тебе и начало. Придешь на кружок и просто расскажешь о ней этим девушкам. Полагаю, они пожелают помочь. Богатые ведь не озадачиваются судьбой бедных порой не из черствости, а просто из-за того, что не задумываются о них.

– Боюсь, в этой компании меня просто поднимут на смех, если я с ними заговорю о таком, – поделилась своим опасением Полли.

– Но тебя саму «такое» не оставляет равнодушной? Ты искренне хочешь улучшить судьбу этих несчастных и относишься с уважением к тем, кто уже это делает. Я права? – мисс Миллз пристально посмотрела на девушку.

– Да, конечно, – откликнулась та без колебаний.

– Тогда будь готова стерпеть ради доброго дела насмешки, а может, что и похуже, – продолжала ее собеседница. – Ты вчера говорила, что своим жизненным принципом сделаешь помощь обездоленным женщинам. Я очень обрадовалась, когда это услышала, и уверена, что со временем у тебя это получится. Только, Полли, разве настоящий принцип тушуется перед насмешками и осуждением?

– Мне действительно хочется помогать женщинам и отстаивать их права, но я не хочу, чтобы надо мной из-за этого издевались люди, чуждые моим стремлениям. А они именно это и станут делать, как только я призову их к здравомыслию и состраданию. Сейчас они называют меня старомодной. Это, конечно, не очень приятно, но пусть лучше так, чем прослыть среди них помешанной на женских правах, – ответила Полли, которая простила саркастические и презрительные слова в ее адрес, но не забыла их.

– Наш с тобой принцип не нов, – мягко проговорила мисс Миллз. – Христиане помогают слабым и страждущим уже много столетий. Я не считаю себя помешанной на женских правах, но уверена в двух вещах. Во-первых, что невозможно жить счастливо, отворачиваясь от тех, кому можешь сделать добро. А во-вторых, что мы, женщины, способны многое изменить друг для друга, если наконец перестанем бояться осуждения. Мне хочется, чтобы юные девушки и зрелые женщины научились жертвовать своим временем и уютом, когда нужно восстановить данные Богом права представительниц своего пола. Я не прошу тебя перед ними ораторствовать. Это большое искусство, и дано оно далеко не каждому. Просто попробуй немного расшевелить в них разум и сострадание.

– Я попробую, – согласилась Полли, скорее стремясь понравиться мисс Миллз, чем уверенная в успехе.

Та вполне понимала, насколько трудную задачу дает для Полли, застенчивой от природы и неопытной в подобных делах. Ей и самой в юности пришлось пройти через это. Но она рассчитывала на скромность Полли и ее умение говорить о важном простыми словами.