– Это будет чайная вечеринка, мисс? – полюбопытствовала Дженни, которая, приняв на себя роль горничной, помогала Полли одеваться.
– Скорее, я полагаю, лекция, – засмеялась Полли, ибо преданные взгляды девушки лишь укрепили решимость справиться со своей задачей.
Через два часа она вошла в гостиную дома Шоу, где расположилось большое собрание превосходно одетых девушек, вооруженных изящными ридикюлями, корзинками и мешочками с принесенной работой. Иголки у них в руках двигались еле-еле, часто останавливались, швы получались кривоватыми, рукава втачивались во фланелевые халаты как попало, а петли обметывались наихудшим образом. Зато у этих молодых леди проворно работали языки.
– Молодец, что успела пораньше, – приветствовала вновь прибывшую Фан. – Вот для тебя прекрасное место между Белль и мисс Перкинс. А вот тебе миленькое батистовое платье для работы.
– Спасибо, – Полли села туда, где, по мнению радушной хозяйки, она должна была ощутить себя уютно. – Но я бы предпочла сшить рубашку из небеленого хлопка, если, конечно, он у вас есть. Полагаю, что неимущим она нужнее, чем батистовое платье, – добавила девушка, торопливо устраиваясь в уголке, в то время как шесть лорнетов пристально осматривали ее с головы до ног.
Мисс Перкинс, холодная молодая леди с аристократическим носом, вежливо ей кивнула и продолжила работу, держа иголку в таком положении, чтобы всем было видно, как замечательно сверкают бриллианты в двух ее кольцах. Белль со свойственной ей эмоциональностью, наоборот, бурно поприветствовала новую соседку и затем в подробностях начала излагать ей историю последней ссоры Трикс с Томом. Полли слушала с интересом и шила, время от времени украдкой посматривая на элегантную одежду мисс Перкинс, которая, застыв как статуя и картинно выгнув тонкие пальчики, производила не более двух стежков в минуту, да и те только для того, чтобы ее бриллианты получше сверкали.
Белль тем временем отвлеклась беседой на другой половине стола и бросила рассказывать про Тома и Трикс, предоставив Полли возможность сполна восхититься благотворительным духом этого вечера и ловить среди стоящего галдежа обрывки последних сплетен и пересудов, многие из которых сильно понизили ее мнение об обитателях высших сфер.
Некий юный джентльмен по имени Джо, как уверяла какая-то светловолосая девушка, выпил столько шампанского, что лишился дара речи и способности самостоятельно передвигаться, так что домой его принесли двое слуг. Другая юная леди поделилась животрепещущей новостью, что добрая половина свадебных подарков Кэрри П. была на самом деле взята напрокат, чтобы пустить пыль в глаза гостям. Третья проинформировала присутствующих по поводу миссис Бакминстер, которая носит накидку за тысячу долларов, но скупится на лишние одеяла для своих сыновей, и те вынуждены в холодную пору ночами трястись от холода. Четвертая сплетница уверяла, что один завидный жених никогда не предлагал руку и сердце некой известной особе, хотя заинтересованная сторона утверждала обратное. На последнее сообщение благотворительная вечеринка отреагировала столь шумно и бурно, что Фанни вынуждена была вмешаться.
– Девочки! Девочки! Лучше давайте поменьше болтать и побольше шить, иначе мы опозорим наш швейный кружок. Мы и так за последний месяц отправили меньше вещей, чем другие.
– И миссис Фитц-Джордж удивлялась, как целых пятнадцать девушек умудряются так мало сделать, – подхватила сидящая рядом с ней молодая леди.
– Мы болтаем нисколько не больше старшего поколения. Слышали бы вы, как они тараторили, когда собирались последний раз. Они много успевают потому, что уносят работу домой и отдают своим портнихам, а потом записывают на себя. Вот их потом и расхваливают, – Белль высказала свое мнение со свойственной ей прямотой.
– Кстати, мама мне объяснила, почему сейчас требуется так много одежды, – вспомнила Фан, которая была президентом этого энергичного подразделения благотворительного общества «Доркас». – Зима стоит холодная, и бедняки от этого очень страдают. Может, вы тоже возьмете работу домой, чтобы сделать в свободное время?
– О нет! – отказалась Белль. – У меня и так уходит много свободного времени на починку перчаток и платьев.
– Думаю, встреча один раз в неделю – самое большее, что можно от нас ожидать. У нас, между прочим, других занятий полно. А бедные вечно жалуются на холодную зиму и вечно всем недовольны, – мисс Перкинс, сверкая бриллиантами, криво пришивала пуговицы к изнанке розового ситцевого фартука вместо лицевой стороны. Ее изделию вряд ли было суждено пережить первую же стирку.
Читать дальше