Збигнев Домино - Польская Сибириада

Подошел милиционер. Минуту постоял, рассматривая приезжих. Они молча ели. Милиционер обратил внимание на Броду, вероятно, из-за его английского мундира, какого ему еще не довелось видеть.

— Ваши документы, гражданин.

Брода оставил котелок с кипятком, достал из-за пазухи больничную справку. Милиционер долго раздумывал над его бумагами.

— Но здесь Тулун, а не Куйтун. Ты не рано сошел, солдат?

— В самый раз. Я тут в польское представительство должен попасть в Тулуне. Не знаете, где оно?

Милиционер отдал справку.

— Вы все поляки?

— Все.

К счастью, неразговорчивый милиционер знал, где в Тулуне искать представительство. И разрешил им всем остаться в зале ожидания.

Мантерыс торжествовал:

— Говорил я вам! Раз есть наш представительство, можете быть уверены, они нам пропасть не дадут.

В город на поиски отправились все мужчины. Даже калека Брода. И Гонорка Ильницкая, которая сочла, что в случае чего, она сумеет добиться больше толка, чем ее недотепа Флорек.

От железнодорожной станции до города было довольно далеко. Сам город, деревянный, одноэтажный, расположился в широкой котловине на берегу большой реки. Река называлась Ия и где-то далеко на севере впадала в Ангару. Тулун мало чем отличался от Тайшета: такие же дома, улицы, в центре деревянные тротуары. Только воздух был здесь совсем другой, чистый, не было кошмарного тайшетского смрада.

Милиционер дорогу указал точно, и они сразу попали в польское представительство. Оно находилось на главной улице в отдельном здании, огороженном выкрашенным зеленой краской забором. А над этим забором свисал в безветренном воздухе уже немного полинявший, но наш, наш бело-красный флаг! Они остановились у входа и долго в набожном молчании смотрели на флаг. Гонорка крестилась и что-то шептала. У Долины перехватило горло. Опирающийся на костыли солдат Брода снял шапку. Его примеру последовали все, один за другим…

На дверях дома прибита струганая дощечка с жирной выжженной надписью «Делегатура посольства РП» и ниже по-русски «Польское представительство» . В доме было тихо, небольшие, выходящие на улицу окна задернуты занавесками. Мантерыс постучал и нажал щеколду. Коридор, одна дверь направо, другая налево. Постучал еще раз. Никто не отвечал.

— Нет здесь что ли никого? — Мантерыс приоткрыл дверь.

Пахнуло крепким запахом кофе, теплом хорошо натопленной комнаты. Через приоткрытую дверь они увидели за столом двух женщин и мужчину с чашками кофе в руках. Сидящая к ним лицом немолодая уже, густо накрашенная блондинка в шерстяном блейзере свекольного цвета, неохотно поднялась со стула. Вышла и прикрыла за собой дверь.

— Слушаю вас.

Голосом и всем своим надменным видом она давала понять, что говорить следует кратко, потому что у нее нет времени.

Смущенный Мантерыс заикался:

— Да мы, проше пани, мы это… мы хотели бы повидаться с паном представителем…

— С паном делегатом правительства! — высокомерно поправила его блондинка. — К сожалению, пан делегат очень занят. Какой у вас вопрос?

— Мы издалека приехали, из тайги. Искали нашу армию. Хотели в посольство… А когда узнали про наше представительство в Тулуне…

— Делегатуру правительства РП!

— …делегатуру правительства РП, сюда и поехали…

— А конкретнее? Что вы от нас хотите? Конкретно, потому что мы здесь…

Долина не на шутку разозлился. Оттолкнул Мантерыса, остановился напротив блондинки, от которой шел крепкий запах духов, и рявкнул не терпящим возражений голосом:

— Или вы впустите нас к делегату, или мы сами войдем в ту комнату. Мы столько километров прошли в голоде и холоде, а вы нас под дверью держите?!

— Проше пана, вы воображаете, что вы одни тут такие?

— Ничего я не воображаю, отойдите!

Блондинка отскочила в сторону. Долина открыл дверь в соседнюю комнату. Там, видно, уже услышали громкие голоса за дверью; когда вся толпа ввалилась в комнату, делегат уже стоял за столом, а вторая дама, молодая симпатичная шатенка лихорадочно собирала посуду со стола. Блондинка стала возмущенно объяснять ситуацию:

— Этот пан, — указала она на Долину, — поднял скандал. Извините, пан консул, неслыханно, чтобы так…

— Хорошо, хорошо, пани Стеня. А вас прошу успокоиться. Чем могу вам помочь, слушаю вас внимательно.

За спиной консула висели орел и портрет генерала Сикорского.

— Пан консул!

— Я не консул. Я являюсь здесь делегатом нашего правительства. Это так, для порядка. Извините, слушаю вас.