Леон Баттиста Альберти - Книги о семье

АДОВАРДО. Мне остается только уступить, итак, слушайте. Нам надлежит рассмотреть, что способствует укреплению дружбы и как она совершенствуется. Затем следует сказать о том, что мешает правильному течению любви, и все это, по моему мнению, необходимо взять на заметку. Далее мы поговорим о возобновлении дружбы, и напоследок я приведу немало необычных подробностей на предмет того, как следует вести беседу с вашими согражданами и с чужеземцами. Вы убедитесь, что они пригодятся для поддержания уже завязавшихся отношений и для преумножения добрых чувств. Таким образом, вы познакомитесь с мудрыми и достойными советами, как разжечь в душе, уже захваченной благоволением, совершенную и пылкую любовь. Но сначала мы дадим ответ на поставленный нами вопрос о том, какой же из всего разнообразия характеров, заслуживает затраты наших сил, искусства и трудов на то, чтобы привлечь таких людей к нам и подружиться с ними. Наверное, кто-то остановился бы на этом подробнее и разобрал всевозможные контроверзы, дабы продемонстрировать свои способности: кто более пригоден к дружбе – богатые или неудачники; кто более постоянен в любви – тот кто вынужден ее искать, или тот, кто отвечает на нее по доброй воле; кто охотнее вступает в теплые и дружеские отношения – осторожные люди или легкомысленные; и склоняет ли добродетель к тому, чтобы ты любил больше, чем любят тебя. Я мог бы привести еще немало других, возможно даже более уместных затруднений, каковые предпочтительнее оставить в удел тому, кто любит упражняться в школьных диспутах. Нам же достаточно придерживаться здесь того, о чем предостерегает в своей эпиграмме Валерий Марциал [96] Марциал. Эпиграммы, 1, 54. Марциал обращается к Фуску. :

Итак, чтобы побыстрее разделаться с этой темой, скажу так: удачливые и могущественные люди приносят большую пользу, становясь твоими друзьями, и не потому только, что они могут помочь тебе своим богатством и влиянием, но и тем, как я убедился на опыте, всегда стараясь в каждом городе сблизиться с первейшими людьми, что им обычно стремится подражать множество их менее значительных и благородных сограждан, кои наперебой начинают хвалить и превозносить того, к кому благосклонно прислушивается начальство. А ученые и образованные люди, желающие обрести для себя славу и знаменитость, охотно вступают в дружбу с достойными, общительными и щедрыми людьми, ибо они полагают, что многочисленные дружеские связи этих персон свидетельствуют о столь любезном им достоинстве, а известность в народе говорит о добром имени, которым ученые так дорожат. Однако больше всех на проявление истинной дружбы и бескорыстной любви способны те, кто уже доказал свою верность друзьям на протяжении долгого времени, кто шел ради них на труды, претерпевал ради них неудобства, ущерб и потери, ни в каких бедах и опасностях не забывал о дружеском долге и доверии, и со всем старанием, с охотой и пристрастием преследовал выгоду, умножал авторитет, уважение и известность тех, кого он любит. Таких людей, конечно, немного, и они редки. Но кто же не предпочтет иметь одного или двух настоящих друзей вместо множества ложных и поддельных? Пожалуй, как и в других делах, в которых объединяют свои усилия, старания и имущество многие люди, избыточное количество товарищей не позволяет действовать вполне честно и без затруднений, так и в душевном сближении, быть может, не похвально идти навстречу всем и каждому. Как ты знаешь, старинные писатели одобряли обычай древних скифских племен скреплять дружбу кровью, ибо эти воинственные люди, как ты помнишь, нуждались в надежных друзьях, чтобы быть сильнее в битвах, и надрезали себе палец. Это были два, от силы три человека, которые смачивали этой кровью острия своих мечей и выпивали ее; притом они обещали никогда не бросать друг друга в беде и опасности, но тех, кто вступал в подобные отношения со многими парами побратимов, осуждали и сравнивали с публичными женщинами. Опять-таки прав Аристотель [97] Аристотель. Никомахова этика, 9, 10. в своем суждении: мы ведь не можем принимать у себя в доме тысячи и тысячи людей, но десять или двадцать человек не заполнят целый город, точно так же и в дружбе должно довольствоваться определенным небольшим числом друзей. Полагаете ли вы, что следует рассмотреть, каким именно будет наилучшее количество?