Леон Баттиста Альберти - Книги о семье

ЛИОНАРДО. Этими отговорками, Адовардо, тебе не удастся внушить нам, что ты не дал прекрасного и подробного урока Баттисте и Карло, которые не меньше тебя хотят быть любимыми и понимают, что твоя речь нисколько не была нелепой, но отличалась прежде всего прекрасным слогом и изобилием доводов. Ты заставил меня прийти к выводу, что умению дружить гораздо правильнее учиться, общаясь и разговаривая со многими людьми, чем по нашим школьным книгам и учебникам, которым я чрезмерно доверял. И если ты, человек, всегда старавшийся снискать расположение и благоволение окружающих, вопреки своим наставлениям проявишь жестокосердие и нежелание идти навстречу нашим просьбам и настояниям, не захочешь нам помочь – во что я не верю, – то все сказанное тобой окажется неправдой. Разве только ты полагаешь, что твои мысли по поводу дружбы для нас неинтересны и бесполезны, или предпочитаешь ради твоей выгоды, чтобы тебя больше любили посторонние люди, а не близкие; нас очень огорчит, если ты не проявишь свой мягкий нрав и снисходительную, человечную натуру в такой же степени к нам, как и ко всем прочим.

АДОВАРДО. Я дорожу расположением посторонних, но мне всегда было важно заручиться любовью своих близких, в противном случае я покрыл бы себя позором. Сожалею, однако, что не продумал свою речь заранее, потому что хотелось сделать ее более стройной и последовательной.

ЛИОНАРДО. Кто же это настолько привередлив, что ему не понравился бы порядок твоей речи? Сначала ты объяснил, что дружба может возникать по нашему почину или по чужой инициативе; затем рассказал о том, что нас привлекает и что делает нас восприимчивыми к милости и доброжелательству. Ты описал, каким образом можно завязать знакомство, определил, с кем легко и с кем трудно свести дружбу и установить близкие отношения, причем привел ясные и четкие доводы; затем ты открыл перед нами скрытые глубины человеческих душ; наконец, показал, как возвести здание прочной дружбы на заложенном таким образом фундаменте: это прекрасный порядок. Итак, продолжай в том же духе и, укрепив нашу дружбу своими ценнейшими наставлениями, которые в книгах мне не встречались, ты получишь достойную награду, ибо мы ответим тебе, как и должно, тем же, опираясь на твои речи и на наши собственные познания. Если же ты не постараешься как следует, мы не сможем воздать тебе любовью в полной мере.

Мы так жаждем слушать тебя, что не примем никаких отговорок; ты говорил о том, как зарождается дружба; теперь мы хотим послушать, как ее укрепить и усовершенствовать. Продолжай.

АДОВАРДО. Я заметил одну хитрость, которой пользуются многие наши сограждане и другие честолюбцы, чтобы привлечь к себе побольше соратников, с помощью которых они рассчитывают умножить свое влияние и устрашить противников. Если им не удается сделать их своими сторонниками и приманить к себе, эти люди стараются чужими руками втянуть их в какие-нибудь тяжбы, или поссорить их со смертельно опасными и могущественными врагами, или еще втянуть их во всевозможные трудности. После этого те становятся сговорчивее, и если раньше отказывались добровольно принять предложенную дружбу, то теперь, в силу вынужденных обстоятельств, сами просят и предлагают свои услуги, чтобы выпутаться из затруднений, и стараются угодить тем, от кого попадают уже в рабскую зависимость. Я не стану так поступать; я не принадлежу к числу тех, кто станет разжигать в вас желание воспользоваться моими возможностями, чтобы набить себе цену. Если бы я, отказавшись пойти вам навстречу, упорствовал, чтобы меня ценили больше, это шло бы наперекор первейшим и известнейшим заветам дружбы. Раз уж вам не столь претит избранный мной порядок речи, мне не следует подражать тем, кто бережет свои драгоценные камни, не желая никому их показывать. Но не станете ли вы рассказывать встречному и поперечному, что я, такой мудрый мыслитель, изобрел новые и никем до сих пор не описанные виды дружбы? Кто сможет удержаться от смеха, видя, как внимательно вы меня слушаете? Всякий, хоть немного вкусивший плодов учености, уличит меня в дерзости и пренебрежении наставлениями и писаниями предков, которыми вот уже сколько времени все успешно пользуются.

ЛИОНАРДО. Я думаю, тебя подняли бы на смех Баттиста и Карло, если бы ты, после того как я заявил, что мы желаем тебя слушать и не принимаем никаких отговорок, с помощью подобных измышлений попытался избежать продолжения и обманул наши ожидания. Для нас будет достаточно, если ты дашь нам те наставления, коих мы желаем. Что там будет в другом месте, оставь толпе и ученым людям. А сейчас ты должен доказать нам, что действительно, как ты говоришь, вовсе не хочешь, чтобы мы тебя долго упрашивали.