Сьюзен Ховач - Наследство Пенмаров

Только не меня. Майкл был достаточно проницателен, чтобы понять, что я зачинщик всех неприятностей в Пенмаррике, ну и к этому времени мы были в плохих отношениях. Заболев от разочарования из-за этой очередной несправедливости, я отправился на пару недель в Лондон, чтобы поразвлечься. Но атмосфера в Лондоне неуловимо изменилась, там уже не было того лихорадочного веселья, которое я так хорошо помнил по моему медовому месяцу. Великий финансовый кризис предыдущего года, который привел к образованию национального правительства, обессилил город. Конечно, веселье продолжалось, развлечений для людей с деньгами было полно, но жизнелюбие двадцатых годов, казалось, превращалось в менее естественную и яркую форму фривольности. Через некоторое время я начал задумываться, не во мне ли причина; я был в городе один, потому что Ребекка, боясь за свою репутацию, отказалась со мной поехать, а Фелисити предпочла остаться дома из-за лошадей, и, хотя теоретически я должен был наслаждаться свободой, я вдруг обнаружил, что мне одиноко, что я не могу заняться ничем, кроме самых рутинных развлечений.

В итоге, после того как на спектакле по «Кавалькаде» Ноэла Коуарда [16] Коуард Ноэл Пирс (1899–1973) – английский драматург, автор салонных комедий нравов. я провел целый вечер в аудитории среднего возраста, всхлипывающей от ностальгии, я раньше, чем планировал, вернулся в Корнуолл. Я решил, что раз уж не могу получить удовольствия от пьесы Коуарда и других прелестей лондонской жизни, значит со мной что-то не так, но, к счастью, по приезде в Карнфорт-Холл семейные дела быстро развеяли мою депрессию. Наконец умер мой зять Джералд Мередит, а после похорон Жанна закрыла Ползиллан так же, как Филип закрыл Пенмаррик, и вместе с Хеленой отправилась в длительное путешествие по континенту. Не успели мы с ними попрощаться, как до нас дошли новости более приятного свойства: Лиззи вышла замуж за своего профессора. Но сделала она это тайно, не пригласив на свадьбу никого из членов семьи, а письмо, уведомляющее о том, что она теперь стала миссис Сент-Иоанн-Каллендар, пришло в Карнфорт-Холл, только когда она уехала с мужем в Грецию в свадебное путешествие.

Не знаю, кто из нас – мать или я – был оскорблен больше. Мы оба были глубоко задеты этой новостью.

– Могла бы мне и сказать! – сердито воскликнула мать. – Могла бы и дать мне знать! Я бы с удовольствием побывала на свадьбе! – Тут любопытство перевесило оскорбленную гордость, и она добавила: – Профессор! Подумать только! Ну что ж, это вполне подходящая партия. Я всегда надеялась, что Лиззи, несмотря на свою некрасивую внешность, выйдет замуж, но, честно признаться, боялась, что ее характер повредит ей больше, чем внешность. Она была так агрессивна, так неженственна.

Я не высказал матери своего мнения о поведении Лиззи, но при первой же возможности написал ей натянутое поздравительное письмо.

«Я могу понять, почему ты не пригласила на церемонию маму, – ядовито писал я, – но меня могла бы и пригласить. Позволено ли мне будет когда-нибудь увидеть твоего мужа, или он останется такой же тайной, как и твоя свадьба?»

«Дорогой Джан, – сокрушалась в ответ Лиззи, вернувшись из свадебного путешествия в сентябре. – Свадьба была просто коротким церковным благословением священника перед двумя свидетелями! Мне и в голову не пришло, что тебя стоит для этого вытаскивать из Корнуолла. Пожалуйста, прости, если я смертельно тебя оскорбила. Конечно, я не собиралась приглашать маму, чтобы она не взяла подготовку к свадьбе в свои руки и не превратила все в цирк, к тому же, если бы Эдди узнал, что приедет моя мама, он бы смертельно испугался и заперся в кабинете. Он, бедняжка, очень застенчив и чувствителен, а после почти семи лет усилий по завлечению его под венец я не могла допустить, чтобы в последнюю минуту возникли препятствия! Но теперь, когда мы благополучно женаты, Эдди очень хочется познакомиться с моей семьей, так что, надеюсь, вскоре мы предпримем путешествие в ваши края. Как ты думаешь, где бы мы могли остановиться? Поскольку и Пенмаррик, и Ползиллан закрыты, я даже не знаю, куда ехать. Я бы с радостью остановилась у тебя в Карнфорт-Холле, но, мне кажется, я не смогу долго выносить Элис, а Эдди не вынесет Фелисити. Я не хочу никого обижать, но похожие на лошадей огромные женщины его чрезвычайно нервируют, а я не хочу, чтобы он расстраивался. Может быть, нам лучше остановиться в „Метрополе“? Что ты на этот счет думаешь?»