Сьюзен Ховач - Наследство Пенмаров

– Нет, он об этом не говорил.

– Я их уже давно не видела. Бедный Реймонд перед своей смертью в Каире какое-то время жил за границей, а Кларисса была очень занята своим прошлогодним дебютом в Лондоне и в Пенмаррике бывала мало. Меня пригласили на ее бал, но я не поехала. – Неприязнь, вежливая, но от этого не менее отчетливая, промелькнула в ее голосе. – Харри я иногда вижу, но он стал часто ездить в Лондон… Вы, наверное, теперь будете регулярно навещать Пенмаррик, мистер Касталлак? Ведь после того, как мистер Пенмар сделал вас своим наследником… – Она резко остановилась и, закусив губу, с минуту зло смотрела на куст гортензии.

– Вы меня заинтриговали, мисс Барнуэлл! – сухо сказал я, оправившись от удивления. – Откуда вам известно, что я наследник Жюля Пенмара? Это, конечно, не секрет, но и не достояние общественности! Вы, случаем, не умеете читать мысли?

Она засмеялась и очень мило покраснела. Теперь я сочувствовал ей гораздо меньше. Мне пришло в голову, что эта молодая женщина вполне в состоянии за себя постоять, и я решил, что, будь она гувернанткой, неженатый хозяин дома сделал бы ей предложение прежде, чем мистер Рочестер успел бы поздороваться с Джейн Эйр [4] Имеются в виду герои романа Ш. Бронте «Джейн Эйр». .

– Мисс Барнуэлл, – настаивал я, развеселившись, – не дайте мне умереть от любопытства, умоляю, просветите меня. Как вам удалось так быстро об этом узнать?

– Видите ли… – начала она объяснение.

Недавно она познакомилась с неким мистером Майклом Винсентом, молодым человеком из Лонсестона, их родители давно знакомы. Он приехал в Пензанс, чтобы работать в компании «Холмс, Холмс, Требарва и Холмс»…

– Юристы Пенмаров, – сказал я. – Теперь я начинаю понимать.

Мне пришло на ум, что молодой юрист для этой девушки – очень хорошая партия, и я понял, почему она не проявила интереса ко мне.

– Мистер Винсент ужинал у нас вчера, он у нас довольно часто ужинает, и он упомянул – конечно, вскользь, я уверена, что он не сделал ничего неподобающего…

– Конечно ничего, – сказал я успокаивающе.

– Мистер Винсент часто бывает в Пенмаррике. По делам. – Но по ее тону было ясно, что дела – это только предлог для визитов в Пенмаррик.

– Вот как? – сказал я. – Он друг Харри?

– Нет, – сказала Мириам, мгновенно превращаясь в злобную кошку с выпущенными когтями, – он одержим Клариссой. А она считает это отличным предметом для шуток.

Так вот в чем дело, подумал я. Мириам влюблена в молодого стряпчего, который одержим моей невероятно красивой двоюродной сестрой. Неудивительно, что Мириам с неприязнью говорила о Клариссе. И я вспомнил тот единственный случай четырехлетней давности, когда видел Клариссу в Пенмаррике, вспомнил ее блестящие темные глаза и большой страстный рот. Я не был в Лондоне прошлым летом, когда Кларисса впервые показывалась в обществе, но слава о ее успехе до меня дошла. Один из моих оксфордских друзей познакомился с ней и посылал ей в день по сонету до тех пор, пока у него не иссякло вдохновение; говорили, что она вот-вот выйдет замуж не то за герцога, не то за графа, не то за богатого американца. Представительницы ее собственного пола, особенно такие же, как она, дебютантки, были ошеломлены этим незаслуженным успехом; незаслуженным потому, что Кларисса не отвечала стандартным канонам женской красоты, и пришли в восторг, когда она по какой-то необъяснимой причине не вышла замуж ни за кого из своих пылких поклонников и вернулась в Корнуолл по окончании светского сезона. Скандал разразился вскоре после этого. Все гадали о том, почему угас пыл ее поклонников; поговаривали даже, что она вернулась в Корнуолл опозоренная. Я не знал, насколько эти слухи были правдивы, но то, что у Клариссы теперь была «репутация», а молодой поверенный Майкл Винсент стал одним из длинной вереницы мужчин, которые находили ее необычную внешность неотразимой, – походило на правду.

Возвращаясь домой в двуколке из Зиллана, я сказал отцу:

– Мне кажется, мисс Барнуэлл безответно влюблена в того молодого человека, Майкла Винсента, о котором говорил мистер Барнуэлл перед нашим уходом.

– Правда? – пробормотал отец. Он был измучен своей еженедельной уступкой приличиям, но не настолько, чтобы не поразиться моим словам. – Я думаю, ты ошибаешься. Я не люблю сплетен, но слышал, что маленькая мисс Барнуэлл метит гораздо выше, чем стать супругой простого сельского стряпчего. Я слышал, что Реймонд Пенмар интересовался ею, что именно она была причиной его ссылки в Рим, Афины и Каир. Жиль Пенмар, конечно же, хотел, чтобы его сын женился удачно, а не связывался с дочерью священника.