Франк Рюзе - 0%

— Э-э-э... А что, визажисты... Они используют какие-то особые марки?

— Ну да, обычно они берут Mac или by Terry, это самое лучшее. А вообще-то у них любой косметики хватает, им даже и покупать ее не нужно. Потому что на съемках для парикмахеров и визажистов действует система «кредитов»: их агент сотрудничает с известными косметическими фирмами и салонами красоты, и те бесплатно снабжают его всей своей продукцией для макияжа и причесок, чтобы под фотографией значилось «шампунь такой-то», типа какая-нибудь большая сеть парикмахерских, которая вроде и ни при чем, продвигает «специальный шампунь для вьющихся белокурых волос» или еще какую-нибудь фигню, про которую наш парикмахер и слыхом не слыхивал. Или «такая-то знаменитая фирма предлагает роскошный макияж, плюс губная помада трамтарарам», хотя на самом деле визажист готовит черт знает какую смесь, в которую, может, и добавит капельку той самой помады, но обязательно смешает ее с двумя-тремя другими, так что, если девчонки, насмотревшись рекламы, и купят такую помаду, пусть не надеются получить то, что видели в журнале, и это нормально, все так делают.

— Угу... — она снова щелкает языком (это действует мне на нервы). — А вот скажи, агентство следит за твоим весом?

— Нет. Хотя вообще-то случается. У меня была одна знакомая девчонка, вроде как подружка: только ее взяли на работу, она сказала себе типа «ага, все в порядке» и начала нормально питаться, через пару месяцев чуточку округлилась, и агентство тут же вышвырнуло ее вон. И правильно, если у тебя задница отрастает, куда ты годишься... Но у некоторых девчонок такой классный обмен веществ, что и голодать-то не требуется. Конечно, им все равно никогда не придет в голову купить булочку с шоколадом. А вот истории про то, что манекенщицы принимают наркотики, чтобы похудеть, — чистая лабуда. Никогда такого не встречала. То есть наркотиками-то они балуются. Но с похудением это никак не связано, просто, куда бы ты ни пришла, тебе их обязательно суют. На презентациях глянцевых журналов, к примеру... Ну ладно, я туда больше не хожу, так что не знаю, может, там теперь все по-другому (ха-ха!), но раньше на таких тусовках «коксом» подогревали всех желающих, и не разнюхаться было даже как-то неприлично. Да это ты знаешь лучше меня, разве нет?

— Ладно... — журналистка прячет улыбку, — а вот скажи, профессия манекенщицы что-то меняет в твоих отношениях с людьми?

— Ну ясное дело. И хуже всего с родными. Они думают: ишь, возомнила о себе, ходит как королева. Это очень неприятно, особенно вначале! Ты должна хорошо одеваться, ты должна во всем себя ограничивать, потому что необходимо бегать по кастингам, да и вообще, такая у тебя работа, но они считают, что ты типа выпендриваешься. И такое отношение здорово угнетает, ты и сама начинаешь смотреть на себя другими глазами. Я, к примеру, в какой-то момент стала настоящим параноиком: окружающие внушали мне, что я всего-навсего вешалка безмозглая, и тогда я переставала общаться с ними, а они думали, что я не общаюсь, потому что задираю нос и ставлю себя выше всех. А я, наоборот, считала себя настолько хуже, что даже боялась говорить с ними: мол, что я могу им сказать! Когда участвуешь в кастингах, это, конечно, прекрасно, но отнимает массу времени и сил, буквально опустошает, где уж тут духовно обогащаться. В общем, честно говоря, в моей жизни бывали моменты, когда я прямо-таки впадала в летаргию; правда, потом опомнишься и опять начинаешь реагировать...

— Какие чувства ты испытываешь, видя повсюду собственное изображение?

— Да можно сказать, никаких. На самом деле твои фотографии — это уже не ты, а кто-то другой. К тому же после съемки они проходят такую компьютерную обработку, что... Нет, я ничего не говорю, иногда обходится и без ретуши, но все равно — с той минуты как фотография начинает жить «помимо» тебя и люди вкладывают в нее какие-то свои представления, это уже не ты. Вот почему я гораздо больше люблю рассматривать те фото, которые моя мать делала в нашем загородном доме, чем снимки в глянцевых журналах — эти меня абсолютно не трогают.

— Э-э-э... Скажи, ты всегда одеваешься в таком классическом стиле, как вот сейчас? Я хочу сказать, в отличие от твоих туалетов на фотографиях?

— Ну ясное дело... Слушай, на своей последней рекламной фотографии я стою в каком-то безразмерном мешке и на высоких шпильках; ты ведь никогда в таком виде не выйдешь на улицу... Или выйдешь? Ну разве что если это войдет в моду, ведь так?