XXIX. ЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ КОМЕДИЯ (I)
"Человеческая комедия" - это
подражание Богу-Отцу.
Альбер Тибоде
Только в 1841 году Бальзаку удалось наконец подписать договор с группой книгоиздателей (Дюбоше, Фюрн, Этцель и Полен) на публикацию всех его произведений под таким необычайным названием - "Человеческая комедия". Он уже не раз давал своим произведениям объединяющие их наименования. Благодаря этому усиливалось впечатление, которого он хотел достигнуть: он как бы воздвигал монументальное сооружение. Поэтому и появились "Сцены частной жизни", "Сцены парижской жизни", "Сцены провинциальной жизни", "Этюды о нравах", "Философские этюды", которые Бальзак собирался дополнить "Аналитическими этюдами", к сожалению, оставшимися, кроме "Физиологии брака", лишь в стадии замысла. Классификация была несколько произвольной, что доказывает переброска некоторых романов из одной рубрики в другую. Одно время Бальзак думал дать своим сочинениям общее название "Социальные этюды". Затем "Божественная комедия" Данте подсказала ему другое наименование - "Человеческая комедия"; в первый раз оно упоминается в 1839 году в письме к Этцелю.
Это не было издательской уловкой. Бальзак стремился дать в своих многочисленных произведениях полный обзор человеческих типов. Успеет ли он завершить свой труд? Бальзак этого не знает, но уже то, что существовало к 1841 году, представляет собою организованный мир, который, как мир реальный, сам себя порождает - иногда по закону симметрии ("Провинциальная знаменитость в Париже" внушает автору желание написать роман "Парижская знаменитость в провинции" - сюжет, который намечен в "Модесте Миньон" и в "Провинциальной музе"), иногда по закону сходства ("Брачный контракт" порождает неосуществленный замысел написать "Раздел наследства"). Этот метод самооплодотворения чудесным образом увеличивал творческую мощь писателя, Морис Бардеш показал, что внутренняя история "Человеческой комедии" становится еще яснее, когда исследователь принимает во внимание планы, оставшиеся в записях Бальзака. Роману "Луи Ламбер", где показан гениальный человек, которого убила мощь собственной мысли, должен был соответствовать роман "Кретин", в котором отсутствие способности мыслить обеспечивает герою долголетие.
Шпельбер де Лованжуль опубликовал названия пятидесяти трех романов, задуманных и не написанных Бальзаком. Некоторые из них оставили кое-какие следы: "Наследники Буаруж", "Знать", "Дома призрения и народ", "Среди ученых", "Театр как он есть", "Жизнь и приключения одной идеи", "Анатомия педагогической корпорации". К этому списку надо прибавить сто набросков в виде коротких заметок. Когда в мозгу писателя бурлит целый мир, сюжеты возникают один за другим, рвутся к жизни. Примеры набросков: девушка, не имеющая состояния, хочет поймать мужа, делая вид, что она очень богата, а выходит она за бедняка, прибегнувшего к такой же хитрости... Девушка, обманутая вниманием молодого человека, думает, что он влюблен в нее, но она ошибается и, убедившись в этом, начинает ненавидеть его, а тогда он влюбляется в нее... Словом, перед нами две превосходные сцены частной жизни. "Подумать только, сколько в воображении Бальзака кишит названий, сколько персонажей, вырастающих, словно грибы, сколько сюжетов, - право, тут есть что-то от плодовитости, расточительности и равнодушия самой природы", - говорит Морис Бардеш. Как грустно, что Бальзак жил так мало; доживи он до семидесяти лет, у нас были бы великолепные романы о старости его героев.
К изданию, венчавшему титанический труд писателя, длившийся десять лет, Этцель попросил его написать предисловие. Измученный Бальзак предложил перепечатать предисловия Давена. Этцель рассердился: "Да мыслимое ли это дело, чтобы полное собрание ваших сочинений, самое большое, на которое еще никто не осмеливался до сих пор, предстало перед публикой без краткого вашего обращения к ней".
Бальзак уступил и в длинном "Предисловии" попытался рассказать, как зародился его план. Впервые мысль об этом колоссальном сооружении возникла у него в ту пору, когда он изучал труды Жоффруа Сент-Илера. Как вы, помните, Бальзака осенила догадка, что существуют не только зоологические виды, но и виды социальные. Различия между рабочим, торговцем, моряком и поэтом столь же характерны, как и различия между львом, ослом, акулой и овцой.
Но "Человеческая комедия" бесконечно сложнее "комедии животного мира". Во-первых, у животных самка принадлежит к тому же зоологическому виду, что и самец. Лев живет со львицей. В человеческом обществе лев может сожительствовать с овцой или с тигрицей. Кроме того, преобразование и усложнение животных видов совершаются лишь в тысячелетние сроки, тогда как лавочник может в несколько лет стать пэром Франции, а герцог - опуститься на самое дно. Наконец, человек, искусно, владеющий своими руками и умом, производит орудия, инструменты, одежду, строит жилища, которые "меняются на каждой ступени цивилизации". Следовательно, натуралист, изучающий род человеческий, должен изображать мужчин, женщин и мир вещей.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу