Я начал жизнь в трущобах городских,
И добрых слов я не слыхал.
Когда ласкали вы детей своих,
Я есть просил, я замерзал.
Вы, увидав меня, не прячьте взгляд,
Ведь я ни в чем, ни в чем не виноват.
За что вы бросили меня, за что?
Где мой очаг? Где мой ночлег?
Не признаете вы мое родство,
А я ваш брат, я человек.
Откройте двери, люди, я ваш брат,
Ведь я ни в чем, ни в чем не виноват
Край небоскребов и роскошных вилл,
Из окон бьет слепящий свет.
Ах, если б мне хоть раз набраться сил,
Вы б дали мне за все ответ.
Вы поклоняетесь своим богам,
И ваши боги все прощают вам.
Вы знали ласки матерей родных,
А я не знал, и лишь во сне,
В моих виденьях детских, золотых
Мать иногда являлась мне.
Ах, мама, если б мне найти тебя,
Была б не так горька судьба моя.
Пел я конечно один, без подпевки, без ансамбля, под одну гитару, ужасно плохо. Но, как ни странно, у женщин, находившихся в зале, потекли слезы, которые они украдкой вытирали платочками. Ну, тут моей заслуги нет, сама песня, точнее её слова проникали людям в душу. Потом мне долго хлопали, просили спеть её ещё раз, долго не успокаивались, пока я не напомнил об ещё одной песне. Думаю, и этот хит пойдёт в народ, а что, песня замечательная, заставляет переживать и задуматься о тех, кому нелегко в жизни. Вторая была скорее хулиганской, и больше подходила настоящим беспризорникам и вызвала немного грустные улыбки у некоторых зрителей. Она тоже была без названия, к тому же тоже ещё из детского кинофильма "Кортик".
У Курского вокзала
стою я, молодой.
Подайте, Христа ради,
червонец золотой.
Вот господин какой-то,
а рядом – никого.
Цепочка золотая
на брюхе у него.
Куда спешишь ты мимо?
Послушай, не греши,
отдай цепь-цепь, цепочку,
а после уж спеши…
Живём мы по подвалам,
Вокзалам, чердакам
Во всех одна надежда
Уехать в Амстердам
А в Амстердаме мани,
Все в шляпах и перстнях
И золото в кармане,
Все в розовых очках
И стану я голландец,
Голландский изучу,
Найду себе голландку,
Голландку полюблю
Забуду про вокзалы,
Подвалы, чердаки,
Дырявые штиблеты,
И рваные штаны
Но кореш мой, Володя,
По шее треснул мне,
Виденья с голодухи
Пришли ко мне во сне
Проигрыш
Стою я на перроне
С протянутой рукой
Подайте, Христа ради,
Червонец золотой,
Подайте, Христа ради,
Червонец золотой.
После этой песни, хлопали мне тоже хорошо, и я, чтобы долго не задерживаться на сцене, пару раз поклонился и сбежал за кулисы. Дальше парни уже будут выступать без меня. А я пойду в гримерку, нужно костюмчик почистить, зашить, а если получится то и погладить, а то форму сдать придется, ее, ведь нам только для выступления дали. Только в гримерке я своего костюма не нашел, а нашел там целого майора милиции Стрельникова. Расхаживающего по гримерке с мрачным видом. Того самого, который нас развел на концерт.
— Проходи, политрук, присаживайся, вещи свои не ищи, девчата забрали их в чистку, там и зашьют, и погладят. А мне нужно с тобой поговорить, вернее, задать тебе несколько вопросов, — как-то довольно сухо сказал майор.
Я, не понимая, что нужно от меня этому, ставшему вдруг неприветливым майору, прошел к ближайшему стулу и приготовился слушать. Вроде все хорошо, концерт идет, договор свой мы выполнили, или он меня опять развести на что-то хочет, потому и хмурый такой. Но первые, же его вопросы меня удивили, вернее даже ошарашили.
— Скажи-ка мне, политрук, зачем ты так рвешься на Северный полюс? Ты так сильно хочешь увидеть белых медведей? — и он вопросительно уставился на меня.
— Какие медведи, какой полюс, товарищ майор? — обескуражено ответил я.
— Тот самый полюс, куда ты отправишься лет на двадцать, ухаживать за белыми медведями, — раздраженно ответил майор. — Ну-ка, рассказывай, от какого старого беспризорника, ты слышал эти песни, и без вранья, возможно, я смогу тебе помочь.
— Да что не так с этими песнями? — удивился я. — Хорошие песни, людям нравятся, вон даже просили их повторить.
— Песни замечательны, слов нет. Только, как ты там, — он скрестил пальцы на руках, изображая решетку, — будешь пояснять такие слова: "Край небоскребов и роскошных вилл", или "Вы поклоняетесь своим богам, И ваши боги все прощают вам." Где у нас ты видел небоскребы и виллы, да и про богов все не так однозначно.
Читать дальше