Игорь Вереснев - Хроники Максима Волгина

Это была первая неприятная новость. Станнеры, карту, браслеты-говорители, другие вещи можно было спрятать в котомки. Но одежда путешественников тоже подпадала под табу. Даже набедренная повязка и бандана Шура, даже материал, из которого был сшит пятнистый костюм Огницы. Поэтому выпускать их из шатра иначе как в голом виде олли отказывались наотрез.

Впрочем, ходить голыми гостей не принуждали. Им быстренько скроили и сшили «правильную» одежду. Правильной она была, разумеется, по местным понятиям. На Гуне новые штанишки и распашонка смотрелись ничуть не хуже прежних. Но едва Максим переоделся в такое же, как ощутил себя клоуном. Штаны непомерно широки, лямки норовят сползти с плеч, а рубашка без рукавов и пуговиц – вообще песня!

Но огорчался Максим не долго. Пока не увидел, во что коротышечья одежда превратила Шура. На узком, вытянутом торсе сфинкса распашонка болталась, как на вешалке. Лямки не хотели держаться на покатых плечах, и Шур вынужден был придерживать штаны руками, чтобы те не сползли на пол. Это было так смешно, что Максим не удержался, фыркнул. А Гуня и удерживаться не пытался, загоготал так, что за живот схватился. Огница выглянула из-за шторки, отгораживавшей в шатре ее угол, и тоже прыснула.

Шур постоял, с философским видом дожидаясь, пока у друзей закончится приступ веселья. Затем сел на пол, достал из сумки нож и принялся перекраивать одежду. Получалось это у него на удивление ловко. Распашонка пошла на новую бандану, лямки он обрезал и сделал из них пояс, штанины укоротил вдвое. Не прошло и пяти минут, как его наряд преобразился кардинально. Шур был одет в шорты-боксерки и выглядел в них не смешным, а скорее… умеющим за себя постоять. Собственно, таким, каким и был на самом деле. Максим лишь вздохнул с завистью, Гуня почесал макушку, а Огница, вновь высунувшаяся из-за шторы, одобрительно цокнула языком. И вышла продемонстрировать свой наряд.

Теперь почесать макушку захотелось Максиму.

– Эвона… – раззявил рот Гуня.

– Что-то не так? – сдвинув брови, глянула на него девушка. – Эту одежду не зеленые делали, насколько я знаю. А те мешки, что твои сородичи притащили, я надевать не стану. И не уговаривайте!

Коротышка беспомощно развел руками. Крыть и впрямь было нечем. Потому что Огница переоделась… в подаренное Коолайнель платье!

Какими бы странными ни выглядели обычаи лупоглазое, но чувство прекрасного у них было врожденным. Когда Максим держал это платье в руках, оно показалось ему совсем простеньким. Но при том оно удивительно точно подчеркивало красоту женского тела. Короткое, выше колен, оставляющее открытыми руки и шею платье туго обтягивало узкую талию девушки и ее маленькую крепкую грудь. А зеленое с рыжим, оказывается, отлично гармонирует.

Гуня махнул рукой:

– Ну, носи это, ежели нравится. – Подумав, добавил: – Тока оно не практичное.

Огница замечание о непрактичности одеяния все равно не поняла. А Шур взглянул на Максима и, неожиданно оскалив зубы в улыбке, произнес:

– Она очень красивая.

Как будто тот сам не видел! Под просторным охотничьим костюмом это не так бросалось в глаза, а в серых криссовских комбинезонах они все выглядели какими-то роботами. Ну а те два раза, когда… Максим понял, что краснеет, и поспешил отвернуться. Но как бы там ни было, вопрос одежды разрешился.

Однако табу на все криссовское означало и еще одну, куда более неприятную для путешественников особенность этого мира. Шур правильно предположил – олли давным-давно похоронили входы в свой мир. И выходы в придачу. Хуже того, попытайся друзья раскопать нужную им спираль, коротышки не только не помогли бы, они бы все силы приложили, чтобы не допустить этого. Табу есть табу. И, что делать, было непонятно. Не воевать же с целым народом?

Да, это была проблемка заковыристее, чем «неправильная» одежда. Посоветовать, как ее решить, жители деревеньки, естественно, не могли. И в конце концов предложили единственно разумное решение: ехать в столичный город, где живет великий и мудрый правитель.

Путешествие по Од’дмеру оказалось самым быстрым и легким участком пути – если не считать полет на гравилетах в Коолайнель, прервавшийся на самом интересном месте. И уж конечно он был самым безопасным. Средством передвижения здесь служили четырехколесные повозки с двумя лавками для пассажиров, козлами для возницы и холщовым тентом, который можно было поднимать при необходимости. Тянула повозку пара животинок, по внешнему виду напоминающих то ли маленьких осликов, то ли длинноухих пони. Хоть транспорт этот и был рассчитан на четверых, а то и шестерых пассажиров, но на пассажиров-олли. Для людей и сфинкса пришлось снаряжать две повозки и срочно их переделывать: убирать лишние сиденья, поднимать выше тент. В первой разместились Шур с Гуней и корзины сладостей, во второй – Максим и Огница.