И. Намор - В третью стражу

Но если в начале партии Вильда удивила его необычным дебютом — в подготовке которого не обошлось, разумеется, без руки мастера — в миттельшпиле [289] В этих городах находятся старейшие и известнейшие немецкие университеты. Баст взял полный реванш, показав супруге, кто в доме хозяин, и что это может означать в постели, хотя к этому времени они оказались уже на ковре.

«Фашист — полное ничтожество! — Мелькнуло в голове Баста, когда он на мгновение вернулся в себя, чтобы еще через мгновение снова рухнуть в сладкое небытие. — Такой женщиной пренебрег! Урод!»

Однако все хорошее когда-нибудь заканчивается. Угасла и страсть, истощившая до последней возможности, изнемогшие в неравной битве с физиологией тела. Увы, бесконечная любовь получается («Будет получаться», — поправил себя Баст) только в порнографических фильмах. Вот там заряд никогда не кончается. А в жизни…

«И это ведь мне всего двадцать шесть сейчас, — лениво соображал, лежа на спине Баст. — И я в хорошей физической форме…»

Возможно, он действительно был сейчас молод и силен, но за окном уже начало смеркаться, и это наводило на размышления.

«Сколько же времени мы?…»

Однако у Вильды сил все еще было много больше, чем у него. И не удивительно. Женщины — пусть и не все, но многие — гораздо выносливее в сексе, чем мужчины. Закон природы, так сказать. Неоспоримая константа бытия…

— Я знаю. — Сказала Вильда, садясь рядом с ним.

— Что же ты знаешь? — Спросил он.

— Такое не может случиться вдруг… Это правда?

— Что? — Он ее совершенно не понимал.

— Кейт сказала, что тебя… ты…

— Ну? — У него не было сил, даже чтобы нахмуриться.

— Ты пережил смерть? — И глаза полные зеленого ужаса.

«Бог мой, что наплела тебе ЭТА женщина?!»

А с другой стороны, как еще объяснить смену модуса операнди?

«Не так глупо…» — Согласился он с Кайзериной.

— В какой-то степени, каждый из нас переживает свою смерть в каждое мгновение жизни.

— Баст, я знаю, что ты умный…

— Но не железный. — Улыбнулся он и даже погладил ее грудь. — Тебе придется неделю откармливать меня мясом с кровью, чтобы я вернул себе хотя бы часть сил, оставленных за пару часов в тебе.

— Пару часов? — Нахмурилась Вильда и оглянулась на окно. — О, господи! Уже вечер, а Кейт…

— А Кайзерина догадалась, что мы не поедем на прогулку уже через полчаса, после того, как мы не спустились вниз.

— Ты думаешь?!

— Знаю.

— И насколько хорошо ты ее знаешь? — Тихо спросила Вилда, покрываясь краской. Краснела она стремительно и весьма впечатляюще.

— А ты? — Вопросом на вопрос ответил Баст, глядя, как красными становятся уже плечи и грудь Вильды. — Да не смущайся, — добавил он через секунду. — Кисси очень хороший человек и не любить ее крайне сложно. Согласна?

— Да.

— Тогда, чего ты стесняешься или кого ревнуешь?

Весна в Баварии выдалась просто замечательная. Впрочем, если верить «воспоминаниям детства», так здесь было заведено с начала времен или, вернее, с окончания последнего оледенения. Баст, разумеется, не возражал. Чем торчать в сыром промозглом Берлине, лучше путешествовать по Швабии и Вюртембергу, спускаясь к Баденскому озеру, где — в Оберлингене — у него состоялся приятный во всех отношениях разговор с Виктором Вайцзеккером [290] Миттельшпиль (от нем. Mittelspiel — середина игры) — следующая за дебютом стадия шахматной партии, в которой, как правило, развиваются основные события в шахматной борьбе. , или «поднимаясь» в Австрию — в Вену и Шарнштейн — где доживали свой век некоторые небесполезные «обломки австрийской империи» [291] Виктор Фрейхерр фон Вайцзеккер (1886-1957) — видный немецкий невролог и психолог. Брат Эрнста фон Вайцзеккера и дядя Ричарда и Карла Фридриха фон Вайцзеккеров. .

Передвигались, большей частью, на автомобиле и без излишней спешки, останавливаясь на ночлег то в сельских гостиницах, то в замках «друзей дома» и дальних родственников. Пили франконский «штайнвайн» — белые вина из долины реки Майн, и, следует отметить, вюрцбургский Hofkeller мог запросто конкурировать с лучшими французскими и итальянскими винами. Впрочем, и пиво здесь было дивное. Даже дамы отдали должное множественности «Францисканеров», «Капузинеров» и прочих «Шпатенов». Ну а о том, чем и как потчевали путешественников в «рыцарских» замках и деревенских харчевнях можно рассказывать долго и со вкусом, но…

— Как полагаешь, Баст, меня не разнесет от этого швабского изобилия? — Спросила Кейт, заявившись к нему в «семейный» номер вместо «законно» ожидаемой Вильды.