Александр Солженицын - Раннее (сборник)

В 1959 г. в Рязани автор перепечатывает «Дороженьку» на машинке. В машинописи он предварил подчёркнуто ритмизированную одиннадцатую главу «Дым отечества» нотной записью, но тут же от неё отказался.

В сентябре 1965 г., после захвата сотрудниками КГБ части архива, А. С. сжёг рукопись «Дороженьки». Но хранившаяся у друзей единственная к тому времени машинописная перепечатка уцелела.

Поначалу поэма называлась «Шоссе Энтузиастов» – по московской улице (до 1919 г. Владимирское шоссе), переходившей за городской чертой в дорогу на Владимир – памятную Владимирку, по которой с XVI в. отправлялись из Москвы, чаще всего в Сибирь, арестантские этапы. Только дворяне и бывшие офицеры могли ехать на лошадях. Остальных, приковав наручниками по 8–12 человек к толстому железному пруту, гнали пешком.

След первоначального заглавия сохранился в тексте:

Это заглавие продержалось долее четверти века. Так, публикуя в 1976 г. отрывок из главы «Дым отечества», автор уточнил: «из стихотворной повести “Шоссе Энтузиастов”» [42] Вестник Русского Христианского Движения. Париж; Нью-Йорк; М.: YMCA-Press, 1976. № 117. С. 154. .

Комментарием к окончательному названию воспринимается загадка, которую загадал в «Августе Четырнадцатого» (1937, 1969–1970, 1976, 1980) «звездочёт» Павел Иванович Варсонофьев: «Кабы встал – я б до неба достал; кабы руки да ноги – я б вора связал; кабы рот да глаза – я бы всё рассказал» (Т. 7. С. 376). И его же отгадка в самом конце «Апреля Семнадцатого» (1984–1989): «Это – дорога. ‹…› Дорога, что есть жизнь каждого. И вся наша История. Самое каждодневное – и из наибольших премудростей. На один-два шага, на малый поворот каждого хватает. А вот – прокати верно всю Дорогу. На то нужны – верные, неуклончивые колёса» (Т. 16. С. 532).

Многие обстоятельства, впечатления и мысли, закреплённые в поэме, позже будут использованы автором в его прозе.

Три фрагмента «Дороженьки» были напечатаны по отдельности (об этом – в пояснениях к соответствующим главам).

Первая полная публикация – в сборнике: Александр Солженицын. Протеревши глаза. М.: Наш дом – L’Age d’Homme, 1999. 3 000 экз. С. 4–177.

Перепечатка (с пропусками) – в сборнике: А. И. Солженицын. Дороженька. М.: Вагриус, 2004. 7 000 экз. С. 7–208.

Здесь «Дороженька» напечатана полностью. После нее впервые опубликован отрывок, вынутый автором из главы одиннадцатой «Дым отечества» при подготовке «Дороженьки» к изданию.

Аудиокнига: Александр Солженицын. Дороженька. Стихи тюремно-лагерных лет / Читает автор. М.: ООО ИД «СОЮЗ», 2010. Общее время звучания: 6 час. 15 мин. 16 с. «Дороженька» звучит 6 час. 02 мин. 05 с.

Первая публикация – в газете «Труд-7» (2–8 апр. 1999).

Приметы Экибастузского каторжного лагеря, куда А. С. попадёт только в августе 1950 г., свидетельствуют о том, что «Зарождение» написано позже начальных глав поэмы.

{1} …звонами подъёмов / Задолго д освету ликуют рельсы ржавые. – Прозаическая параллель – в начале рассказа «Один день Ивана Денисовича» (1959): «В пять часов утра, как всегда, пробило подъём – молотком об рельс у штабного барака» (Т. 1. С. 15).

…томительный развод. – Здесь – обыск и пересчёт лагерных бригад перед отправкой на работу за пределы лагеря.

…наша каторга / Четырежды клеймённая… – В Особых лагерях зэки ходили под четырьмя номерами: на шапке, на груди, над коленом и на спине. Номера были введены взамен фамилий.

…Бушлаты чёрные, вступаем меж тулупов… – В чёрных бушлатах зэки, в тулупах – конвоиры.

Портянка в инее – повязкой у лица… – Повязка, которой Иван Денисович Шухов защищает лицо по дороге на ТЭЦ, подробно описана в «Одном дне Ивана Денисовича»: «Тряпочка на случай встречного ветра у него, как и у многих других, была с двумя рубезочками длинными. Признали зэки, что тряпочка такая помогает. Шухов обхватил лицо по самые глаза, по низу ушей рубезочки провёл, на затылке завязал» (Т. 1. С. 34). И дальше: «Шухов положил на колени рукавицы, расстегнулся, намордник свой дорожный оледеневший развязал с шеи, сломил несколько раз и в карман спрятал» (Там же. С. 40).

{2} Едва уснём – звонок!!И в ослепительно торжественной луне / Мы, как в плащах комических, выходим в одеялах. – Эту «издевательскую ночную проверку», на которую каторжники выходят из барака в одеялах, автор упоминает далее в «Пословии». А позже в «Одном дне Ивана Денисовича» и её впишет в череду бесконечных вечерне-ночных проверок (Т. 1. С. 109).