Александр Солженицын - Раннее (сборник)

…теченье выбивает / В мирную воложку… – Воложка – маленький волжский рукав.

Солнце западёт за берег горный… – Горный берег Волги – западный, правый.

…И огни зажгутся в белых знаках створных… – Створные знаки – береговые щиты со световыми сигналами, позволяющими сориентировать судно по оси фарватера. Имеют цвет, контрастирующий с общим фоном местности.

…бакены… – стоящие на якоре поплавки с зажигаемыми на ночь фонарями, которые обозначают границы фарватера.

Проступает точка первая Денеба… – Денеб – звезда 1-й звёздной величины, самая яркая в созвездии Лебедя. Летним вечером видна прямо над головой, близко к зениту.

{7} ..По воде прошлёпают неслышно плицы… – Плицы здесь: лопасти пароходного колеса.

{8} В смуглых отсветах лицо Андрея… – В повести «Люби революцию» и в трагедии «Декабристы без декабря» (1952–1953) это Андрей Холуденев, литературный двойник близкого друга, а затем и однодельца А. С. – Николая Дмитриевича Виткевича (1918–1998).

…Сергей… (далее: …Нержин! ) – Работая впоследствии над романом «В круге первом», А. С. заменил в 3-й редакции (1959) имя и фамилию автобиографического персонажа Сергея Кержина на Глеба Нержина. Та же правка была внесена в повесть «Люби революцию». И в «Дороженьке» Кержин стал Нержиным, но вписать Глеба вместо Сергея не позволял стихотворный размер.

Как давно, дружище, мы знакомы… – А. С. и Н. Д. Виткевич учились вместе со 2-го по 5-й класс и затем в 9-м и 10-м классах.

Вместе нас кружил извивами весёлыми / От Байдар к Ливадии велосипед… – Со стороны Севастополя от Байдарского перевала через главную гряду Крымских гор на Южный берег и дальше вдоль моря в сторону Ялты (Ливадия на 3 км ближе) тянулся горный серпантин. Путешествуя в студенческой компании по Украине и Крыму с 15 июля по 27 августа 1938 г., А. С. побывал, в частности, в Севастополе и Ялте. Ялта была конечным пунктом велосипедного похода.

…Подымал Военною-Грузинскою от Ларса. – Летом 1937 г. А. С. вместе с Н. Д. Виткевичем участвует в велосипедном походе по Военно-Грузинской дороге, идущей через Кавказский хребет от Владикавказа (в 1931–1944 и 1954–1990 гг. – г. Орджоникидзе) до Тбилиси (208 км). Труднее всего был подъём от Нижнего Ларса (1 076 м над уровнем моря) в Северной Осетии до Крестового перевала (2 379 м) в Грузии. Это самая высокая точка Военно-Грузинской дороги.

Вместе аттестаты понесли в Универс’тет… – В 1936 г. А. С. был принят на физико-математический факультет Ростовского государственного университета, Н. Д. Виткевич – на химический факультет.

{9} И пошли на исторический в МИФЛИ… – МИФЛИ (Московский институт философии, литературы и истории) – гуманитарный вуз университетского типа, сформированный в 1931 г. на базе факультета истории и философии МГУ. К обучению всего 230 студентов и 32 аспирантов первого набора были привлечены 29 профессоров, 53 доцента, 25 ассистентов и лекторов. Позднее на новом месте к историческому и философскому факультетам прибавились филологический и экономический.

20 июля 1939 г. четверокурсники-очники Ростовского университета А. С. и Н. Д. Виткевич были приняты без экзаменов в экстернат МИФЛИ: А. С. – на искусствоведческое отделение филологического факультета, Виткевич – на философский факультет. В мае 1940 г. А. С. перевёлся на отделение русской литературы.

В миллионном городе… – Речь о Ростове-на-Дону, где в 1939 г. насчитывалось чуть больше полумиллиона человек (510 тыс.). В повести «Люби революцию» город как раз и назван полумиллионным.

Как по Канту время мерь – / он в шесть пройдёт по дворику… – О феноменальной пунктуальности немецкого философа Иммануила Канта (1724–1804) рассказывает, например, Генрих Гейне в работе «К истории религии и философии в Германии» (1834): «Он жил механически-размеренной, почти абстрактной жизнью холостяка в тихой отдалённой уличке Кёнигсберга ‹…›. Не думаю, чтобы большие часы на тамошнем соборе бесстрастнее и равномернее исполняли своё внешнее ежедневное дело, чем их земляк Иммануил Кант. Вставание, утренний кофе, писание, чтение лекций, обед, гуляние – всё совершалось в определённый час, и соседи знали совершенно точно, что на часах – половина четвёртого, когда Иммануил Кант в своём сером сюртуке, с камышовой тросточкой в руке выходил из дому и направлялся к маленькой липовой аллее, которая в память о нём до сих пор называется Аллеей философа. Восемь раз проходил он её ежедневно взад и вперёд во всякое время года…» [47] Генрих Гейне. Полн. собр. соч.: В 12 т. Т. 7. М.; Л.: Academia, 1936. С. 102–103.