Эрнест Сетон-Томпсон - Маленькие дикари

Изнывающий от духоты Калеб расхохотался:

– Ну, друзья мои, если этот вечер вы находите «прохладным», то я, право, уж не знаю, какие бывают душные… Будь по-вашему, но придется немного подождать. Еноты выходят из своих нор часа через три-четыре после заката солнца. Идите пока в лагерь и ждите меня. Часов в девять я зайду за вами.

В назначенный час старый охотник явился в сопровождении Турка. Хотя солнце уже скрылось за горизонтом, но духота не уменьшалась и собака тяжело дышала широко разинутой пастью.

Юные охотники, наряженные по-индейски и в полном вооружении, уже давно с нетерпением поджидавшие старика, не дали ему даже закурить трубку. Уверяя, что до назначенного места более часа ходьбы, они уговорили его отправиться тотчас же.

Двинулись в путь по большой дороге, потом свернули в сторону и, добравшись до берега пересохшей речки, присели на нем.

Калеб закурил, наконец, трубку и крикнул собаке:

– Турок, вперед! Ищи!

Собака, фыркая и пыхтя, как паровоз, перепрыгнула через высохшее лоно речки, помчалась по полю и вскоре скрылась из виду. Прошло несколько минут, бесконечно томительных для юных охотников. Наконец вдалеке раздался свирепый лай собаки, а за ним чей-то еле слышный визг.

– Турок поднял дичь! – вскочил Ян.

– Погоди, дружок, не горячись! – остановил его Калеб. – Турок сейчас вернется, и мы узнаем, в чем дело.

Действительно, не прошло и пяти минут, как собака возвратилась с окровавленной пастью и улеглась у ног хозяина.

– Что же это означает, мистер Кларк? – спросил Ян, с недоумением глядя на собаку.

– А это означает, что Турок поужинал полевой мышью или каким-нибудь другим мелким зверьком, – улыбнулся старый охотник.

– А как же наша охота? – продолжал с нетерпением мальчик.

– Рано еще, погоди. Скоро, вероятно, посвежеет и взойдет луна. Тогда мы и отправимся дальше.

– Пойдемте в лес Бойля, – предложил Сэм. – Ларри Ньювиль божится, что как-то ночью видел там енота. Может быть, посчастливится и нам… В конце леса есть пруд, который теперь наверняка высох и превратился в болото, где много лягушек. А на них, как известно, часто охотятся еноты…

– Можно пойти и туда, – согласился Калеб. – Только дождемся луны, а то уж слишком темно.

Через час на небе показалась луна; сделалось гораздо светлее и значительно посвежело.

– Вот теперь можно и тронуться в путь, – проговорил старик, поднимаясь на ноги.

Вся компания направилась в лес Бойля. Однако, обойдя чуть не весь лес и побывав у превратившегося в топкое болото небольшого пруда, охотники не встретили ничего интересного.

Было уже около полуночи, когда разочарованные и измученные охотники возвращались назад. Они перешли через речку у хижины бабушки Ньювиль и направились по берегу, как вдруг Турок принялся обнюхивать землю, а потом с громким лаем бросился назад к речке.

– Что бы это значило, мистер Кларк? – спросил Ян.

– Пока еще не знаю, – ответил старый охотник. – По всей вероятности, Турок почуял какую-нибудь дичь. Пойдемте за ним. Его лай укажет нам путь.

И действительно, лай собаки все время отчетливо раздавался впереди, как раз в направлении к лесу Рафтена. Охотники следовали за этим лаем. Вскоре он довел их до леса.

– Ага! – проговорил Калеб, остановившись и прислушиваясь.

Он услышал новую нотку в лае собаки, знакомую только ему одному.

– Что такое, мистер Кларк? – полюбопытствовал Ян.

– Турок завидел дичь, – пояснил старик.

Лай вдруг сменился коротким визгом.

– Так и есть! – продолжал охотник. – Вероятно, загнал на дерево енота. Пойдемте скорее!

Через минуту они подошли к большой липе, возле которой собака яростно лаяла и бросалась на ствол.

– Енот всегда выбирает самое ветвистое дерево, – сказал Калеб. – Кто из вас лучше всех умеет лазить? – обратился он к своим юным спутникам.

– Бобр, – ответил Сэм.

– Можешь забраться на это дерево, Ян? – спросил у мальчика старик. – Нужно посмотреть, нет ли в нем дупла.

– Конечно, могу. Только в ветвях темно…

– Можно сначала развести под деревом костер. Тогда при его свете тебе будет удобнее.

Вскоре яркое пламя осветило старую липу и окружающие деревья. Охотники осмотрели, насколько было можно, все дерево, но никакого зверя на нем не заметили. Калеб устроил из смолистой сосновой ветви факел и поднес его к самому стволу. При свете факела он увидел на коре следы свежей грязи. Отойдя на несколько шагов от дерева, он нашел на земле ясные отпечатки когтистых лап, несомненно принадлежавших еноту.