Генри Филдинг - Амелия

Случилось однако так, что сводник, предупредивший полковника, услуживал не только ему одному. Среди прочих его клиентов был и достойный мистер Трент, для которого он тоже частенько выполнял поручения того же свойства. Нанимали его для подобных услуг и самому милорду, под началом вышеназванного Трента; именно этот лазутчик помог вышеназванному Тренту выследить Бута и его жену, когда они отправились в оперу на маскарад.

Вот этот-то подначальный сводник, явившись накануне утром к Тренту, застал у него судебного пристава, которого Трент вызвал с тем, чтобы поручить ему арестовать Бута; пристав ответствовал, что дело это очень непростое, так как, насколько ему известно, едва ли во всей Англии сыщется другой такой пугливый петушок. Тут сводник рассказал Тренту о полученном им от полковника Джеймса поручении, и Трент велел своднику, как только тот выследит Бута, ни минуты не медля, сообщить о его местонахождении приставу; шпион ответил согласием и, как видим, свое обещание выполнил.

Получив соответствующее уведомление, пристав незамедлительно отправился в пивную, где и занял наблюдательный пункт на расстоянии трех домов от квартиры мисс Мэтьюз; к несчастью для бедняги Бута пристав подоспел туда буквально за несколько минут до того, как Бут вышел от этой дамы, чтобы возвратиться домой.

Вот, пожалуй, и все те обстоятельства, которые мы считали необходимым пояснить нашему читателю не только потому, что это в немалой степени будет способствовать лучшему пониманию нашей истории, но также и потому, что для сметливого читателя нет задачи более увлекательной, нежели следить за мелкими и почти неприметными звеньями в любой цепи событий, ибо именно они влекут за собой все далеко идущие последствия в этом мире. А теперь продолжим нашу историю в следующей главе.

После долгих тревожных раздумий, тешась по временам мыслью, что ее муж не так уж и виноват, как ей показалось вначале, и что он сумеет привести веские доводы в свое оправдание (ибо сама она не столько могла, сколько хотела подыскать их), Амелия решилась все же отправиться в крепость судебного пристава. Поручив своих детей неусыпному надзору участливой хозяйки дома, она послала за наемной каретой и велела отвезти ее в Грейз-Инн Лейн.

Когда Амелия подъехала к дому пристава, она попросила провести ее к капитану, на что подошедшая к дверям жена пристава, которую необычайная красота просительницы и небрежность ее одежды навели на мысль, что перед ней не иначе как особа легкого поведения, грубо ответила: «Какой там еще капитан? Не знаю я здесь никаких капитанов». Дело в том, что эта любезная особа подобно леди Пурганте у Прайора была ярым врагом всех шлюх, а тем более смазливых, поскольку кое-кто из их числа, как она подозревала, делил с ней некую собственность, право на которую согласно закону принадлежало ей одной.

Амелия ответила, что ей достоверно известно: капитан Бут находится именно здесь. «Ну, если он здесь, – буркнула супруга пристава, – можете, если желаете, пройти на кухню: ему передадут, чтобы он туда к вам спустился, коли уж он вам зачем-то понадобился». Тут она не слишком внятно пробормотала что-то себе под нос, а в заключение более отчетливо сказала, что не содержит известного рода заведение.

Амелия, по невинности своей даже и не догадывавшаяся об истинной причине столь неприязненного отношения к ней со стороны этой любезной особы, испугалась и стала бояться, сама не зная чего. В конце концов, сделав над собой усилие, она, едва держась на ногах, стала спускаться в кухню, когда хозяйка осведомилась у нее.

– Так как же, сударыня, прикажете доложить о вас капитану?

– Прошу прощения, сударыня, – воскликнула Амелия, – я очень расстроена и забыла, что вы меня совсем не знаете… передайте, пожалуйста, капитану, что к нему пришла жена.

– А вы и в самом деле его жена? – вскричала миссис Пристав, заметно смягчаясь.

– Конечно, клянусь честью, – подтвердила Амелия.

– Ну, в таком случае вы можете, если вам угодно, подняться наверх, – объявила домоправительница. – Сохрани Господь, чтобы я разлучала мужа с женой! И сдается мне, сколько бы они не находились вместе – всегда будет мало. Но я ни за что не потерплю у себя в доме никакого непотребства и не допущу, чтобы уличные девки навещали здесь джентльменов.

Амелия ответила, что тем лучшего теперь о ней мнения; и действительно – в нынешнем своем душевном состоянии она так же пылко возмущалась порочными женщинами, как и добродетельная супруга пристава или же любая другая высоконравственная женщина.