Карл Май - Виннету – вождь апачей [litres]

– Вот как! Что же они хотят с ними сделать?

– Думаю, что они привяжут апачей к столбам пыток, чтобы отправить их на тот свет.

– Когда это произойдет?

– Весьма скоро, в противном случае я не пришел бы сразу к вам. Из сделанных киовами приготовлений можно заключить, что расправа произойдет через несколько часов.

– Этого никак нельзя допустить! Где сейчас находится Тангуа?

– Среди своих воинов.

– В таком случае мы должны как-нибудь отвлечь его. Сэм, я поручаю это вам.

– Но как это сделать?

Я оглянулся и увидел, что киовы расположились на опушке росшего среди прерии лесочка. Среди них находился также и Рэтлер со своими подчиненными, в то время как Стоун и Паркер сидели недалеко от меня. Между киовами и тем местом, где я стоял, рос густой кустарник, не позволявший киовам видеть того, что происходило на нашей стороне. Это было нам на руку, и я ответил Сэму:

– Скажите ему, что мне нужно кое-что ему сказать, но что я не могу оторваться от работы. Вот увидите, он сразу же согласится прийти сюда.

– Будем надеяться. Ну а что мы сделаем, если он возьмет с собой нескольких воинов?

– В таком случае я поручу их вам, Стоуну и Паркеру. С вождем расправлюсь сам, приготовьте только ремни, чтобы можно было связать их. Мы должны действовать быстро, но спокойно, и по возможности не производить шума. Поняли?

– Да! Хоть я и не знаю, насколько хорош ваш план, но так как мне сейчас не приходит в голову ничего лучшего, то пусть будет по-вашему.

Я отлично понимал, что не имел права втягивать в это рискованное дело Дика и Виля, не рассказав им об опасности, и поэтому решил заручиться их согласием, прежде чем начать действовать. Однако Стоун, не дав мне даже высказаться, перебил меня:

– Что вам в голову взбрело, сэр! Неужели вы принимаете нас за подлецов, способных покинуть друга в опасный момент? Кроме того, мне кажется, это будет презанятная проделка, а поэтому нам крайне интересно будет принять в ней участие! Не так ли, Виль?

– Конечно, – ответил Паркер. – Мы вчетвером отлично справимся со всеми двумястами индейцами. Я заранее предвкушаю удовольствие полюбоваться, как они с дикими воплями явятся за нами, и все же ничего не смогут нам сделать.

После нашего разговора я снова усердно принялся за работу и оторвался от нее только после того, как услышал возглас Сэма:

– Приготовьтесь, сэр! К нам идет вождь кнобов. Услышав это, я обернулся и увидел приближавшегося к нам вместе с Сэмом Тангуа. За ним следовали еще трое краснокожих.

– Пусть каждый из вас возьмет на себя по одному индейцу, – сказал я. – Я займусь вождем. Вы же хватайте остальных сразу за горло, чтобы они не могли кричать. Только ждите, когда я начну. Ничего не предпринимайте раньше!

Я медленно пошел навстречу Тангуа. Стоун и Паркер последовали за мной. Мы встретились недалеко от кустарника, который загораживал нас от киовов. У вождя было весьма недовольное лицо, и он в высшей степени недружелюбно заявил мне:

– Бледнолицый, именуемый Разящей Рукой, позвал меня сюда. Но разве он забыл, что я глава всех киовов?

– Я помню об этом, – ответил я спокойно.

– Ты должен был сам прийти ко мне, вместо того чтобы звать меня сюда! Но так как я знаю, что ты только недавно попал в нашу страну и еще не успел выучиться вежливости, то я прощаю твою ошибку. Что же ты хотел сказать мне? Говори, но только кратко, так как у меня нет времени долго слушать тебя.

– Что же заставляет тебя так торопиться?

– Мы хотим заставить взвыть этих собак апачей!

– Когда?

– Сейчас.

– Почему так скоро? Я думал, что вы отведете пленных в свои селения и там замучаете их в присутствии своих жен и детей.

– Сначала мы так и хотели, но в таком случае апачи были бы для нас лишней обузой в походе. Поэтому мы решили сегодня же прикончить их.

– Но я прошу тебя не делать этого!

– Не твое дело просить!

– Не можешь ли ты говорить повежливее, так же, как я разговариваю с тобой? Ведь я выразил только просьбу, другое дело, если бы я приказал тебе. Тогда у тебя было бы, пожалуй, основание говорить мне грубости.

– Я не собираюсь выслушивать от тебя ни просьб, ни приказаний и, конечно, не изменю своего решения из-за какого-то бледнолицего.

– Разве вы имеете право убивать пленных? Впрочем, мне не нужен твой ответ: я заранее знаю его и не хочу спорить. Однако не забывай, что одно дело убивать человека сразу и безболезненно, как это бывает в сражениях, а другое – долго мучить и истязать его перед смертью. Мы не допустим, чтобы это последнее случилось в нашем присутствии!