Как я, так и Карак нашли достаточно тех, кто мог бы создавать объёмные иллюзии и при этом отводить глаза тому, кто хочет обнаружить самого заклинателя. Все они, понятное дело, мертвы, а живущих лучше не брать в расчёт.
Версию, что следует искать очень даже живого психа, которому наплевать на то, что с ним будет (сильно же он должен был бы ненавидеть Эльглота!), я отмёл окончательно – полиция справилась бы давно и без нас.
Когда вечером мы вернулись наконец домой к отцу и матери, при нас были внушительные списки мёртвых карамати. Если бы мне кто-нибудь сказал несколько лет назад, что я буду этим заниматься…
Реллана я снова не увидел, Халья же ждала.
Выслушав мой рассказ о наших успехах, она вздохнула и потёрла пальцами лоб. Похоже, собиралась с мыслями и не решалась неосторожно высказывать их, а я чувствовал, что пауза затягивается.
– Может, пощупать этих мёртвых? – наконец сказал нерешительно.
– Как ты себе это представляешь? – Карак взъерошился и встряхнулся.
– Ещё не знаю. Но как-то попытаться стоит.
Мать откинулась в кресле и посмотрела на потолок, изображающий звёздное небо.
– Я читала о таком, – вдруг сказала присутствующая здесь же Гария. – Некроманты среди вас есть. Один, если быть точной. Он живёт в Рагахори.
Халья ахнула, я присвистнул. Карак смолчал.
– Тогда, наверное, я должен к нему ехать, – произнёс я без особой уверенности и с неясным ощущением, будто всё глубже впутываюсь во что-то очень поганое.
Картина маслом под названием «Гария сердится, Халья огорчается, а Карак с невозмутимым видом чешет клювом крыло».
– Да он тебя не примет, – буркнула первая с презрением. Я не понял, кому оно предназначалось – мне или неизвестному.
– Слишком опасно, – добавила вторая.
Третий опять смолчал.
Я переводил взгляд с одной женщины на другую.
– Почтенные оурат, – приподнял бровь я, – он что, буйный сумасшедший? В чём опасность и почему не примет?
В этот момент в комнату заглянул отец.
– Семейный совет? Почему меня не позвали?
Реллан кивнул мне, словно мы и не расставались надолго, но посмотрел на Халью, как будто ожидая дальнейших пояснений от неё, а не от нас.
Жена описала ситуацию в нескольких фразах. Бывший наставник воззрился на меня, очевидно, не веря, что мне хватило усидчивости всё это прочитать за день, пусть даже с посторонней помощью.
– Халья права, это опасно, – наконец произнёс старший Талавару, оставаясь стоять, тогда как мы сидели. Потом сложил руки на груди и добавил: – Потому что для быстроты вам придётся воспользоваться Вратами, ребята.
Не знал, что действующие Врата ещё существуют. Обычно считалось, что они давно или разрушены, или не работают. Выходит, их смогли восстановить, но отладить до конца – нет.
– Для атми они работают через раз, а для нас… тоже ничего хорошего, – продолжал отец.
– То есть при попытке пройти я окажусь на конечном пункте в разобранном виде? – осторожно спросил я и неосознанно сжал руками бока сиденья.
– Нет, что ты. – Он рассматривал что-то на полу и озадаченно хмурил белые брови. – Для нас это грозит потерей силы сроком на двенадцать часов.
– Сколько? – Должно быть, мне послышалось. Силой ты можешь и не пользоваться, но всё одно чувствуешь себя уверенней, когда она при тебе.
– Полдня, – терпеливо повторил он. – Половина суток.
– Чем это грозит Караку? – быстро спросил я.
– Ничем, что самое интересное.
– Насколько я слышал, это потому, что люди чужаки, а мы – аборигены, – пояснил сам Карак.
– Тогда чего же мы ждём?! – Я в порыве безрассудной смелости (будь что будет) встал со стула и решительно посмотрел на Реллана и Халью с Гарией. Карак перебрался ко мне на плечо и продолжал стоически молчать. Вряд ли ему хотелось лезть в сомнительные Врата, но скорее всего лучший друг не желал меня оставлять.
Халья ничего не сказала – только опустила голову. Может статься, мне померещилось или я сам потом придумал, но во взгляде Реллана, который он быстро отвёл, промелькнула гордость.
Молча Гария положила крыло на плечо своей рафи, а на предплечье поставила лапу – наверно, в попытке успокоить и поддержать, а отец велел следовать за ним. Мне показалось, что Халья напряжённо смотрит нам в спину, но оборачиваться не стал. Позже Карак сказал, что Реллан шепнул жене:
– Мы должны верить, – настолько тихо, будто не хотел, чтобы я слышал.
Не знаю, находилось ли это ниже уровня земной поверхности, или, может быть, глубоко в теле горы, но спускались мы, как мне показалось, долго – на подъёмниках и по старым лестницам.
Читать дальше
