Отец добавил в варево по щепотке соли и трав и стал размешивать.
«Хорошо», – вздохнул я, опускаясь на одеяло из меха и поджимая под себя ноги, как это делают монахи.
Мы, как закадычные друзья, хлопнулись ладонями – правильно сделали, что пошли, – но не стали говорить о повседневных делах, которые сейчас оставались где-то там, где цивилизация. Отец сказал, что вернёмся – обсудим, а пока ну их в болото.
«Ты слышал о военном стиле?»
«Что? – Я не сразу понял, что речь идёт о военном стиле плавания. – Да».
«Может, попробуешь?»
Тогда мне было невдомёк, что это своего рода продолжение разговора с Хальей – мало ли что в жизни случится, и парень должен быть к этому готов.
«Что тебе сначала спутать – руки или ноги?» – без тени шутки спросил отец, и тут же мы оба расхохотались. Эхо понеслось к горам, отражаясь от скалистых берегов и приобретая зловещее звучание.
В армии и на флоте новобранцев помимо прочего учили плавать особым стилем, который так и назывался «военным». Без помощи рук и ног – предполагалось, что попавший в плен боец, оказавшись в воде, имеет шанс добраться до свободы, если владеет таким стилем. Древние, не особо раздумывая, связывали юношам руки и ноги для достижения результата, и в первую минуту мне представилось, что отец поступит таким же образом, но потом стало смешно – дикарские методы и подобные проверки на выносливость не всегда нужны.
Впереди ещё было дней двадцать, и я согласился. Однако, с координацией, если нужно было передвигаться не с помощью гребков, а взмахов и движений корпуса, у меня начинались проблемы. Реллан хмыкал, критически глядя на мои попытки подражать дельфинам, но к тому времени, когда надо было выдвигаться обратно, результатами был доволен. На уровне, сказал. Хоть и не идеально.
Надежда что-то выяснить оставалась, но ворочаясь рано утром в постели, я не мог отделаться от страха неудачи и связанных с ней мыслей.
Смелость, сказала мать. Обычно она знает, что говорит, и можно кинуться кого-то спасать или доказывать, что ты жуть какой храбрый. Это не мешает опасаться быть скомпрометированным перед кем-то, чьим мнением дорожишь.
Ты карамати, ты взрослый, ты отныне самостоятельный – на, пользуйся. Поступай, как считаешь нужным. Вот здесь-то и начиналось – а как нужно?
Я зарылся головой под подушку, не желая больше гадать, таким образом на этот раз проспал завтрак и целый час не мог себе этого простить – всегда любил вкусно поесть, будучи худым и вечно голодным.
Ждать придётся до обеда, и Карак предложил сгонять за заказом – лучше не предаваться праздности, время быстрей пройдёт.
Приведя себя в порядок, я зашагал по вчерашней дороге и сбавил шаг, когда увидел еле переставляющую ноги женщину – без сомнений, местную. Видимо, чья-то служанка.
– Не говори лишнего.
Я только кивнул. Карак так часто мне об этом напоминал, что я запомнил.
Люди сами по себе не плохи, но кто-то что-то видел, кто-то что-то слышал – так и возникают слухи.
В руках у каази, простолюдинки, было по большой корзине. Бедняжка, тем не менее, тащила их самостоятельно, держа спину прямо, но двигаясь медленно. Вот молодчина, успела уже на рынок сходить, а я, соня, в город только иду.
– Доброго дня, девушка! – окликнул я, приостанавливаясь, когда мы поравнялись, и приподнял шляпу. Называть каази «оурат», как женщин из более высоких каст, не следовало, а фамилии-имени я не знал.
– Хранят тебя духи, – привычно добавил Карак.
Девушка остановилась, тяжело шмякнула одну из корзин на дорогу – наверно, там не было ничего хрупкого, – и освободившейся рукой обмахнула лоб, поправила шаль. Только после этого ответила.
– Может быть, нужна помощь? – подошёл ближе я.
Будучи фактически кахини, я мог принять что-то из рук каази, но она сама ничего передать мне первой не могла – она не жила в моём доме. Поэтому я взялся за ручку той корзины, которую всё ещё держала служанка, и забрал ношу себе:
– Камни? – вежливо улыбнулся я. Не очень хозяева к ней добры, раз заставляют таскать такую тяжесть. Для этого должны быть мужчины.
– Почти угадали, набу. Мел.
– Куда нести?
– Совсем недалеко, через три двора.
– Что слышно в городе? – поинтересовался я и ненавязчиво забрал у спутницы вторую корзину. Да, немаленький груз даже для такой крепкой девицы.
– Вы, говорят, новые работники господина Эльглота-кхуно?
– Верно говорят, – ответил Карак. Он отцепился от моего плеча и пошёл пешком, чего обычно не любил делать. Решил убрать дополнительный вес, наверно.
Читать дальше
