Уилбур Смит - Триумф солнца

Когда к воротам подходила очередная женщина, сержант внимательно проверял карточку и, убедившись в ее подлинности, ставил дату и подпись. Дневной рацион для каждой семьи отмерялся деревянным ковшом и ссыпался в принесенную емкость. А неподалеку стояли два вооруженных дубинами солдата, которые прекращали часто возникающие споры и беспорядки.

Этим утром к воротам арсенала выстроились шеренгой еще двадцать вооруженных солдат. Женщины по горькому опыту знали, что это значит, и зашумели, размахивая руками и показывая в сторону склада. Дети тоже заволновались, чувствуя нарастающее возбуждение.

Когда генерал Гордон шел по улице в сторону арсенала, люди выкрикивали в его адрес проклятия и поднимали на руки детей, демонстрируя ему их исхудавшие тела и посиневшие лица – живые скелеты с растрепанными и грязными волосами.

Гордон игнорировал оскорбительные выкрики в свой адрес и проклятия несчастных матерей. Спокойно приблизившись к воротам, он встал во главе вооруженного отряда и приказал капитану начинать раздачу зерна. Молодой офицер развернул лист бумаги, отпечатанный в консульском дворце, и громко прочел: «Я, генерал Чарлз Джордж Гордон, властью, наделенной мне хедивом Египта и правительством провинции Кордофан и города Хартум, настоящим извещаю, что отныне ежедневный рацион продовольствия, предназначенный для жителей города Хартум, сокращен до тридцати децилитров на человека».

Дальше капитан читать уже не мог, поскольку его голос мгновенно заглушили громкие выкрики протеста и женский плач. Толпа людей колыхалась, словно огромная черная медуза. Женщины размахивали кулаками, осыпая проклятиями Гордона и всех военных.

Генерал отдал приказ, и солдаты опустили винтовки с прикрепленными к ним штыками, чтобы остановить надвигающуюся возмущенную толпу женщин, а те стучали кулаками по металлической ограде, плевали в солдат и дико визжали. Египетский капитан вынул из ножен меч и закричал:

– Назад! Всем отойти назад!

Но это еще больше распалило протестующих.

– Вы хотите заморить нас голодом! – орали они. – Мы откроем ваши склады и заберем зерно! Если хедив и Гордон-паша не могут накормить наших детей, мы отдадим себя на милость Махди!

Женщины в первых рядах разбушевавшейся толпы хватались голыми руками за острые лезвия штыков и теснили солдат, не обращая внимания на окровавленные пальцы.

Гордон отдал еще один приказ молодому капитану, тот повернулся к солдатам и взмахнул рукой. Послышались щелчки затворов.

– Рота, внимание, приготовиться! – Солдаты, глядя на толпу, стали целиться поверх голов возмущенных женщин. – Огонь!

Раздался оглушительный залп, и пули просвистели над беснующейся толпой. Не успел развеяться пороховой дым, как испуганные женщины попятились назад.

– Заряжай! – последовала новая команда, и толпа отступила, угрюмо глядя на стволы винтовок. Но в этот момент послышалось громкое улюлюканье, и люди снова заволновались.

– Откройте ворота зернового склада! – кричали несчастные. – Отдайте нам полный рацион!

– Накормите нас! – подхватили в другом конце очереди, но солдаты даже не шевельнулись.

В момент наивысшего напряжения одна из женщин подняла половинку кирпича возле разрушенной стены и швырнула его в шеренгу. Это не причинило никакого вреда, но спровоцировало других женщин, которые бросились к стене и осыпали солдат градом кирпичей. Толпа мгновенно преобразилась, превратив людей в озверевшее стадо диких животных, с отчаянием обреченных все крушившее на своем пути.

В солдат летели камни и обломки. Больше всех досталось молодому капитану – он охнул, выронил меч и опустился на землю, закрыв лицо руками. Потом вместе с кровью выплюнул выбитый зуб. Женщины бросились к воротам, пытаясь захватить только что доставленный из склада мешок с зерном.

Генерал Гордон занял место раненого капитана и грозно сверкнул голубыми глазами. Женщины хорошо знали этот блеск.

– Глаза дьявола! – закричала одна из них. – Шайтан! Убейте его!

– Дайте хлеба нашим детям! – орали другие. – Дайте нам поесть!

Снова полетели кирпичи и камни, и на землю рухнул еще один солдат.

– Целься! – прогремел громкий голос Гордона. – Залпом! Огонь!

Пули врезались в толпу, поразив первый ряд. Женщины упали на землю, корчась в пыли, словно свиньи в загоне. А оставшиеся стоять на мгновение оцепенели и попятились, но на них напирали сзади, не давая отступить.

– Штыки к бою! – приказал Гордон. – Вперед!