Александр Дюма - Цезарь

Если произойдет что-либо новое, я сразу же напишу тебе».

Цезарь Оппию и Корнелию Бальбу.

«Я прибыл в Брундизий на рассвете за шесть дней до мартовских ид и сделал свои приготовления. Помпей в Брундизии; он послал ко мне Н. Магна, чтобы поговорить о мире. Что я ответил ему, вы скоро узнаете; я не захотел медлить ни минуты, чтобы известить вас; как только ко мне вернется надежда на какое-нибудь соглашение, я вам сообщу».

«Теперь, мой дорогой Цицерон, ты понимаешь мою тревогу! вот уже второй раз мне подают надежду на примирение, и я с дрожью вижу, как улетучивается эта надежда; к несчастью, меня там не было, и теперь я могу лишь возносить молитвы, что я и делаю вполне искренне; если бы я был там, возможно, я бы смог быть полезен; теперь же я томлюсь на кресте ожидания».

Такова скрытая сторона этого дела; перейдем же к его внешней стороне. Цезарь совершил поход со своей обычной скоростью. После того, как он взял Корфиний (наш современный Сан-Перино, который многие историки ошибочно принимают за Корфу (Керкиру); после того, как он подарил жизнь Домицию и Лентулу Спинтеру, которую они считали однозначно погубленной, он последовал берегом Адриатического моря.

Цезарь, воевавший с галлами, имел только те суда, на которых он плавал к берегам Англии, и у него не было времени провести их через Гардирский пролив в Адриатику. Как мы сказали, Цезарь проследовал берегом Адриатического моря и прибыл к Брундизию. Он отправил вперед себя Магия, префекта Помпея, которого он перехватил в дороге и отослал обратно к его хозяину.

Магию было поручено сказать Помпею:

– Цезарь идет сюда: он говорит, что в интересах Республики вам нужно встретиться, но одним, без свидетелей; издалека и через посредника ничего не устроится.

Именно на эту встречу, о которой он просил, и намекал Цезарь, когда писал Бальбу: «Он послал ко мне Магия, чтобы поговорить о мире».

У Цезаря с собой было шесть легионов, два из которых были полностью сформированы в дороге; шесть легионов, это приблизительно сорок тысяч человек. Как видите, его исходные пять тысяч солдат и триста лошадей оказались снежным комом.

Когда Наполеон выступил с острова Эльба, у него было с собой пятьсот человек – десятая часть того, что имел Цезарь. Его тоже Лентулы того времени называли разбойником, и он тоже, в конце концов, пришел в Тюильри с армией!

Итак, началась осада; одна из тех грандиозных осад, которые устанавливал Цезарь; нечто вроде осады Ла-Рошели в 1628 году кардиналом Ришелье.

Послушайте, например, вот это:

Цезарь решил закрыть порт Брундизия. Он велел начать постройку дамбы в самом узком месте входа в него; но глубина вод помешала продолжить строительство, и тогда он приказал наделать плотов размером в тридцать квадратных футов; этими плотами, которые он прикрепил к уже начатым каменным укреплениям, он и запер порт. Чтобы их не сорвало ударами волн, он закрепил их по четырем углам якорями; затем, чтобы защитить эти плоты, он велел построить еще второй ряд их, подобный первому. Он насыпал на эти плоты земли и покрыл их настилами из веток, чтобы по ним было удобнее ходить; он снабдил их парапетами и оградой по бокам и спереди; наконец, он воздвиг на них двухэтажные башни, чтобы защищать их от ударов кораблей и от огня.

Помпей против всего этого выставил большие грузовые суда, которые он захватил в порту, поставил на эти суда башни в три этажа и установил на них всякого рода метательные машины; затем он направил их на плоты, чтобы снести их.

Итак, гиганты вступили в прямую борьбу, и эта борьба возобновлялась каждый день. Тем не менее, Цезарь до последнего момента не изменил своим правилам.

Он послал к Помпею одного из своих легатов, Каниния Ребила. Ребилу было поручено от имени Цезаря попросить встречи с Помпеем. – Цезарь дал слово, что во время встречи Помпею будут оказаны все почести. Помпей ответил, что он ничего не может сделать в отсутствие консулов. В самом деле, консулы находились в Диррахии. Это была отговорка, и Цезарь прекрасно понял это. Он продолжил свою осаду.

По прошествии девяти дней корабли, которые перевезли консулов и часть армии в Диррахий, вернулись в Брундизий, разумеется, без армии и без консулов. Они вернулись за Помпеем и его двадцатью когортами. Тогда Помпей начал готовиться к побегу.

Он велел завалить городские ворота, перегородить подходы к площадям и перекрестки; он велел вырыть поперек улиц глубокие рвы, и уснастить дно этих рвов заостренными кольями; потом их покрыли настилами из хвороста и присыпали землей и песком: это были ловушки, куда должны попасться солдаты Цезаря.