Исидор Шток - Пьесы

Ч у х и н. Где Борис?

В а с я. Здесь.

Ч у х и н. Зови.

В а с я. Вы заходите.

Ч у х и н (властно) . Зови сюда, я сказал.

В а с я. Борис! Иди! За тобой Сергей Чухин пришел.

Б о р и с (выходит из большой комнаты) . В чем дело?

Ч у х и н. Ты что, с ума сошел? Обалдел? Почему дома сидишь?

Б о р и с. А где я должен сидеть, по-твоему?

Ч у х и н. Почему не на стадионе? Валентин Гаврилович сказал, что голову с тебя сорвет и в раздевалке повесит. Чтоб все видели.

Б о р и с. Еще что сказал Валентин Гаврилович?

Ч у х и н. Я на тебя удивляюсь, честное слово. Ты больной, что ли?

Б о р и с. Видишь — сыпной тиф. Сорок и две десятых. Чего надо?

Ч у х и н. Тебя отпустили со сбора по семейным обстоятельствам, так? Мать больна, так? Она действительно больна? И ты должен быть к вечеру за полтора часа до игры в раздевалке, так? Несколько минут до начала. Ребята уже вышли на тренировку.

Б о р и с. Да ведь не я играю сегодня, голова! Не я, понял? Меня даже в запасе нет.

Ч у х и н. Я не могу с тобой говорить больше. Бежим! Ты, ты играешь. Юра Тимофеев сегодня утром на тренировке что-то заволновался. Горло у него болит. В общем, не может.

Б о р и с. И я не могу.

Ч у х и н. Не тяни время! Валентин Гаврилович сказал: если он дома и сознательно не пришел — скажи ему, что он сволочь… Я не могу при мальчике. (Васе.) Пошел отсюда!

В а с я обиженно уходит в маленькую комнату.

Он сказал: ты его не уговаривай. Но скажи, что возврата в команду не будет. Что мы и без него обойдемся, а он без нас пропадет.

Б о р и с. Да ведь он сам отпустил меня!

Ч у х и н. Так все и передай. Вот он что сказал. Пошли!

Б о р и с. Ну вот что, Сергунька… Я понимаю, ты личность только передаточная. Телефона у нас нет, и ты, так сказать, аппарат слабых токов. Передай Валентину Гавриловичу, что я собой помыкать не позволю. Я — Борис Забродин, а он выживший из ума самодур. Я себе всегда команду найду, а его выгонят — без куска хлеба подохнет. Он меня от игры освободил, а просто так мне на стадионе делать нечего. Пусть кого-нибудь из молодежи ставит. Бельчикова или Серденько.

Ч у х и н. Бельчикова на первый тайм и поставили.

Б о р и с. Вот видишь.

Ч у х и н. А на второй тебя выпустят.

Б о р и с. Не выпустят. Я на подхвате не был и не буду.

Ч у х и н. Значит, не идешь?

Б о р и с. Значит.

Ч у х и н. А команда? А ребята?

Б о р и с. Они за меня вступились на установке, когда он мне выволочку устроил? Один ты что-то пробормотал. Остальные как капусты в рот набрали.

Ч у х и н. О небо! Тебя ведь из команды выгонят! Да тебя из комсомола выгонят! Да тебя в другую команду не возьмут! Да тебя в «Советском спорте» так изобразят…

Из большой комнаты вышел и некоторое время стоял в дверях, прислушиваясь к разговору, С е м е н С е м е н о в и ч.

С е м е н С е м е н о в и ч. Вы извините, что вмешиваюсь, товарищ Чухин, но ведь вы же сами понимаете, что тренер в данном случае не прав. Футболист — это тот же актер, музыкант, художник. Он творит на публике. И ему нужна вера в себя. Какая может быть вера, если художника унижают, помыкают им, обращаются, как с маленьким ребенком?

Ч у х и н (в раздумье) . Может, мне сказать, что я тебя не застал?

Б о р и с. Говори правду.

С е м е н С е м е н о в и ч. Вот видите. Борису сегодня официально объявили, что он свободен. А потом передумали. Ну, а как быть с чувством собственного достоинства, с верой в себя? Только что мир оповестили, что Борис Забродин — звезда первой величины, и вдруг эту звезду гасят, поплевав на палец. Извините, там Клавдия Петровна волнуется, пойду ее успокою. (Возвращается в большую комнату.)

Ч у х и н. Ну, я тогда… Ладно, я скажу… (Вдруг с надеждой.) Пойдем, Борис, еще можно добежать.

Сейчас, кажется, Борис забудет все сказанное и побежит с Чухиным на стадион. Протягивает руку к вешалке, чтобы снять плащ, но в эту секунду по телевизору из маленькой комнаты раздается марш футболистов и голос диктора: «Команды вышли на поле в следующих составах…» Рука Бориса отстраняется от плаща на вешалке. Ч у х и н молча смотрит на Бориса и, не прощаясь, уходит. Из маленькой комнаты слышен репортаж матча. Борис хочет зайти в маленькую комнату, затем вдруг решительно поворачивается и идет в большую.

Большая комната.

Здесь К л а в д и я П е т р о в н а, М а ш а, Н и н а, С е м е н С е м е н о в и ч. Они смотрят на Бориса вопросительно, с тревогой. Борис подходит к Семену Семеновичу.

Б о р и с. Закурить есть?

С е м е н С е м е н о в и ч. Пожалуйста. Вы разрешите, Клавдия Петровна?