Исидор Шток - Пьесы

З а б р о д и н. У меня тут другой футбол собирается… Значит, на юг решил, сынок, с Семеном Семеновичем?

Б о р и с. Значит.

З а б р о д и н. И водителя себе выбрал?

Б о р и с. Да, и водителя выбрал.

З а б р о д и н (опять вытирает пот со лба) . Ну что ж… Каждый выбирает себе водителя по вкусу.

Б о р и с. Что тебе там Сережка Чухин говорил, я не знаю. Но уж ты лучше не вмешивайся. Дай самому разобраться.

З а б р о д и н. Скверно говоришь, Борис.

Б о р и с. Да я ведь не прошу мне отметки ставить за поведение. И расписываться в дневнике не прошу.

З а б р о д и н. Нет, если бы ты поступил как полагается, ты бы просил. Ты бы всем свой дневник в нос совал.

Б о р и с. Чего ты хочешь от меня?

З а б р о д и н. Хочу, чтоб ты был Забродин. Вот и все.

Б о р и с. С вас, значит, пример брать во всем? С Федора, с тебя…

З а б р о д и н. Нет, с меня пример брать не надо. Я для тебя не пример.

К л а в д и я П е т р о в н а. Ты где был, Василий? Откуда пришел?

З а б р о д и н. Гулял со Скворцом.

К л а в д и я П е т р о в н а (очень серьезно, настоятельно) . Ты где был, Василий?

З а б р о д и н. С мешком за правдой ходил. Измордовали Митьку в газете. Перед всем народом склочником выставили. Да я-то Митьку с малолетства знаю и не согласен с этим. Сейчас, думаю, перед всем миром за него вступлюсь, честью своей его защищу. А тут… Бросились мы в райком. Там уж рабочий день кончился, никого нет. В исполком, к прокурору… «Завтра приходите…». А ведь хорошо, что никого не застали. А то ведь в дураках бы я был и Митьку подвел. Спросили бы меня: а ты кто таков, чтоб за правду заступаться, за Советскую власть хлопотать? Сам-то ты что наделал? Ты, старый рабочий, коммунист, кого для Советской власти вырастил? Вот этого? Слушай, Борька, а веришь ли ты в коммунизм-то? Может, нет его нигде, выдумка это? В газетах и на заседаниях придумали? Нарочно, чтоб люди хоть во что-нибудь верили. А то без веры-то нельзя — безобразничать начнут. А на поверку все отдельно: люди отдельно, коммунизм отдельно. Может, когда там, через тысячу лет, сойдутся. А пока лишь бы слова правильные на собраниях говорил. Думай там как хочешь, поступай как нравится, расти как вырастится. В случае чего — милиция поправит. Так незаметно в коммунизм и врастешь. Или во что другое — там разберутся. Так, Боря? Таким я тебя, значит, вырастил?

Б о р и с. Не ты меня вырастил.

З а б р о д и н. А кто?

Б о р и с. Сам вырос.

З а б р о д и н. Как бурьян. Нет, сынок, я за тебя отвечать должен. Неохота мне, стыдно мне, а должен. Не перед милицией — ты совершеннолетний. Перед людьми, перед коммунизмом.

Б о р и с. Ты же сам говоришь — нет его.

З а б р о д и н. Для тебя. А для меня есть. Тут он, по улице ходит. В двери стучит. В каждую дверь. К нам постучит… А мы давай не отзовемся. Тсс… Нас дома нету…

Б о р и с. Тебе за меня отвечать не надо, сам отвечу.

З а б р о д и н. Что же ты ответишь? Что тебе некогда сейчас, потом, потом. Сейчас ты с Семеном Семеновичем в Сочи на курорты отдыхать покатил…

Возвращается С е м е н С е м е н о в и ч.

С е м е н С е м е н о в и ч. Посадил Нину Алексеевну в такси. Она всем привет прислала, просила на вокзал не ездить… У вас тут, я вижу, серьезный разговор. Может быть, мне не следует…

З а б р о д и н. Следует. В самый раз. Хорошо, что вы вернулись, этот разговор и вас касается.

С е м е н С е м е н о в и ч (Борису) . Попало тебе от отца? Правильно, Василий Павлович, хорошенько его, с песочком. Они-то поступили безобразно с ним, и Борис в данном случае совершенно прав. Но выдержки у него не хватило. Не надо было с этим Сережкой Чухиным в дискуссию вступать. Болен — и все, и никаких дискуссий. Вы уж поручите мне вашего сынка, Василий Павлович, я с ним в Сочи на несколько деньков съезжу. Приведу его в христианский вид. А конфликт с командой я берусь уладить.

З а б р о д и н. Не о нем сейчас у меня с вами разговор пойдет, Семен Семеныч.

С е м е н С е м е н о в и ч. Не о нем. О ком же тогда?

З а б р о д и н. О вас.

С е м е н С е м е н о в и ч. Вот это интересно.

З а б р о д и н. Еще как! Не должен был я это вам сейчас говорить, преждевременно. Но скажу. При нем. Чтоб знал, кого себе во вторые отцы взял.

С е м е н С е м е н о в и ч. Во вторые отцы? Вы мне льстите, Василий Павлович.

З а б р о д и н. В духовные отцы. В друзья. В защитники… Никого мы не застали. На завтра все визиты перенесли. И тут взяло меня сомнение. А вдруг блажит Скворец, скрипит, напраслину на людей возводит? Есть еще у нас такие старики, во всем одно плохое видят, начальство жалобами своими затрудняют. Засомневался. Пошел на квартиру к Скворцу. «Факты давай». Тут он мне все факты и вывалил. У меня, Семен Семеныч, глаза на лоб полезли. Нет, недаром мы на прием к прокурору записались, по телефону к нему домой на квартиру звонили. И к секретарю райкома недаром звонили.