Иван Ром-Лебедев - Ехали цыгане...

Г л а ш к а. Отпустите его!

Все обернулись на Глашку.

А л е х а. О! Дай бог тебе здоровья!..

Г л а ш к а. Не видите, что ли, кого взяли? Он же…

К а м а р д и н. Глафира Анисимовна, прошу вас… (Алехе.) Тебя обыскивали?

А л е х а (смеется) . Ой! Общекотали всего. Со смеху чуть не помер. Жалко, сапоги сняли. Прикажите вернуть.

К а м а р д и н. Бойкий ты, Алеха. Чересчур бойкий.

Г л а ш к а. Ой, господи, чего вы к нему привязались? Ему еще в пятнашки играть, а вы…

К а м а р д и н. Господин поручик, уймите вашу… Здесь все-таки штаб, а не… табор.

Р у б и н (Глашке) . Ты мешаешь! Ради бога уйди. (Вытолкнул ее.)

Глашка тут же незаметно вернулась. Задыхаясь, вбежал толстомордый, бандитского вида м у ж и к.

М у ж и к (Камардину) . Докладываю (подал бумажку) … у этого, в сапоге, под стелькой была заделана…

К а м а р д и н (прочел) . Так, голубчик, так… Ну, Гавриков, тебя надо знаешь что?.. Расцеловать! Ты с меня такой груз снял! Приспичило, значит, вашему товарищу Кожину?.. Запросил подкрепления? За такую весть я тебя отпущу. И коня верну. Даю слово офицера. Скажи только, голубчик… Сколько же у Кожина осталось сабель? Хотя бы приблизительно…

Алеха молчит.

Были же у вас и убитые, и раненые… Ну, чего ж ты молчишь? Мне и так все известно… Хотелось просто уточнить.

А л е х а. Ну как можно, господин капитан. Вы же первый меня уважать перестанете. Я же все-таки кожинец…

К а м а р д и н. Скотина ты! Еще паясничаешь. А жаль! Я думал, мы с тобой поговорим по-хорошему… А теперь уж, Алеха, извини… Таких, как ты, надо на корню рубить. (Хорьку.) Выполняйте!

Гаснет свет.

Барабанная дробь.

Н а п л ы в.

В луче прожектора ш е с т е р к а. Рядом стоит А л е х а.

Глашка вскрикнула.

Все исчезло.

Г л а ш к а (исступленно кричит) . Оставьте его! Отпустите!

Р у б и н. Глаша! (Хочет увести ее.)

Г л а ш к а (вырываясь) . С мальчишками воюете, господа офицеры!.. (Рвется к Алехе.) Не дам! Отпустите!..

А л е х а. Замолчи, гражданочка. Не надо мне от этих… милости. Не приму. (Пошел первый.)

За ним ушли Федор и Хорек.

Рубин вытолкнул Глашку.

К а м а р д и н (злобно посмотрел на Рубина, оборачиваясь к Белявину) . Сегодня прибудет кавалерийский эскадрон, из регулярных. Надо не дать Кожину опомниться. Накрыть его с обозом вместе. Проверьте готовность… Ночью выступаем.

Белявин ушел.

(Не глядя на Рубина.) Больше этого я не потерплю. Внушите Глафире Анисимовне…

Р у б и н. Скажу. Но и вас, господин капитан, прошу не забывать…

К а м а р д и н. Перестаньте, поручик! Послушали бы, что говорят те, кем вы командуете, о вашей… не знаю, как ее назвать, наложнице, забаве или…

Р у б и н. Что же?!

К а м а р д и н. Ее же знают здесь. Она зимой в Звонцах… побиралась… «Командирша»!..

Р у б и н. Господин капитан!..

К а м а р д и н. Вы же сами меня на такой разговор вызвали!.. Так слушайте! Я обязан вам это сказать. Ради вас — офицера, дворянина, аристократа!.. Глафиру Анисимовну можно терпеть в ресторане. После вина, закуски… Я таким, как она, певичкам, вот так, не глядя, рубли швырял… И не заставляйте меня быть с ней любезным.

Незаметно появилась Г л а ш к а. Она слышала часть того, что говорил Камардин.

Г л а ш к а. Наслушался обо мне, гусарик?.. Я хоть в ресторане гостям нужна… (Камардину.) А вы?.. Насмотрелась я на вас, наслушалась ваших речей… Пустыми снами живете… Не те вам сны видятся.

К а м а р д и н. Владислав Николаевич, уймите вашу… (Вышел, но не совсем, подслушивает.)

Р у б и н. Иди к себе.

Г л а ш к а. Слушай, дурачок, я хожу по бабам за молоком… Они ведь тоже говорят о вас… Меня не боятся. Ждут-то не вас, а Кожина!

Р у б и н. Ты что говоришь, сумасшедшая!

Г л а ш к а. Кожин им свой, а вы — чужаки! Вроде как не русские.

Вновь показался взбешенный К а м а р д и н.

К а м а р д и н. Господин поручик, я этого так не оставлю. (Ушел.)

Р у б и н (схватился за голову) . Что ты натворила, ду-ра-а! Дура-а!..

Г л а ш к а. Испугался, гусарик? Если б тебя так обижали, уж я бы горло перегрызла всем.

Р у б и н. В какое положение ты меня поставила?.. Он же не простит, он…

Г л а ш к а. Беги за ним, извиняйся, встань перед ним на колени, умоляй… (Выталкивает Рубина.)

Музыка.

Глашка осталась одна. Опустилась на пол, запела.

Песня Глашки, широкая, таборная.

Тихо вынырнула Н ю ш к а.

Н ю ш к а. Жива?! Ой, как я за тебя боялась! Там сейчас такое поднялось! Спорят, бранятся!..