Драмы и комедии

Н а т а л ь я. Вот за майора я спокойна. Он родился, чтобы быть воином.

П е р е г у д. А за меня?

Н а т а л ь я. Вы также честно умрете, если понадобится, но вам тяжелее будет расставаться с жизнью — вы ее больше любите.

П е р е г у д. И вам было бы жаль меня?

Н а т а л ь я. Немножко.

Перегуд берет ее руку и целует.

А порохом пахнет. У меня такое ощущение, как бывает в летний день перед грозой. Солнце жжет, жара, а из-за горизонта уже движется синяя туча, и ухо уже ловит глухой, далекий рокот. Сердце тогда замирает в тревоге.

П е р е г у д. Это в деревне, когда сено убирают.

Н а т а л ь я. У вас из родни есть кто-нибудь?

П е р е г у д. Есть мать и сестра замужняя. В колхозе под Борисовом.

Н а т а л ь я. У вас, должно быть, хорошая мать?

П е р е г у д. Разве мать может быть плохой?

Н а т а л ь я (с грустью) . А я не помню своей матери. При мачехе росла.

Из двери, ведущей на сцену, выходит Ш у м е й к о.

Ш у м е й к о. Куда вы пропали, Наталья Николаевна? Вам выступать сейчас.

Н а т а л ь я. Еще не пропала, товарищ Шумейко. Вы как раз пришли вовремя и спасли.

Ш у м е й к о. Это все он (взглянув на Перегуда) виноват. Придется доложить командиру полка, что срывает вечер. Пожалуйста, Наталья Николаевна. Ваш партнер там страшно волнуется. (Берет ее под руку и ведет за кулисы.)

П е р е г у д идет в зал, не закрыв за собой дверь, видны передние ряды стульев и угол эстрады. В фойе входят К о р е н е в и ч и Р ы б н и к о в. За ними лейтенант — д е ж у р н ы й п о ч а с т и.

К о р е н е в и ч (дежурному) . Усилить патруль — от четвертой роты. Сами не спите, чаще проверяйте.

Р ы б н и к о в. Сосед не дремлет, и нам спать не положено.

К о р е н е в и ч. Передайте всем командирам рот и начальникам команд, что я приказал получить на складе полный комплект боеприпасов.

Д е ж у р н ы й. Занятий завтра не будет?

К о р е н е в и ч. Нет, будет выходной. Все подразделения должны привести себя в полную готовность на случай, если будет подана команда «шагом марш».

Д е ж у р н ы й. Есть, товарищ майор.

Р ы б н и к о в. Всем политрукам и их заместителям завтра в десять ноль-ноль собраться тут, в клубе.

Д е ж у р н ы й. Есть, товарищ комиссар. Можно идти?

К о р е н е в и ч. Ступайте.

Д е ж у р н ы й поворачивается и, отбивая шаг, идет к двери.

А сюда мы, кажется, попали к шапочному разбору.

Р ы б н и к о в. Что, концерт окончен? Не беда, танцы будут.

К о р е н е в и ч. Как раз работа для нас с тобой.

Р ы б н и к о в. А что мы — старики? (Заглядывает в дверь.) Народ сидит, чего-то еще ждет.

К о р е н е в и ч. Шумейко вышел. Сейчас что-нибудь отколет.

Ш у м е й к о (с эстрады) . Товарищи, мы подошли к последнему номеру нашей программы. Последнему по порядку, но не по качеству. Вы сами знаете, что на десерт подают самые вкусные вещи.

Р ы б н и к о в (вполголоса) . Давай компот.

Ш у м е й к о. Сейчас Наталья Николаевна и заместитель политрука Дубовец споют белорусскую песню «Не щебечут пташки».

Аплодисменты.

Р ы б н и к о в. Войдем послушаем?

К о р е н е в и ч. Я уж дома наслушался.

Р ы б н и к о в. Твоя ж родная, белорусская, и певица не чужая.

К о р е н е в и ч. Я люблю народную песню в натуре. А это уже не то: под рояль поют, под аплодисменты, взявшись за ручки, кланяются. Бывало, с девушками на завалинке — вот это были песни.

Р ы б н и к о в. Не представляю тебя певцом да еще с девушками на завалинке.

К о р е н е в и ч. Пел, брат. И песни были, и девушки были. А какие замечательные песни были! Давай послушаем здесь.

Р ы б н и к о в. Боишься, чтобы Наталья Николаевна с тона не сбилась, увидав тебя? Ну, не будем ее конфузить.

Садятся возле открытой двери. На сцену выходят Н а т а л ь я Н и к о л а е в н а и Д у б о в е ц.

Н а т а л ь я и Д у б о в е ц (поют) .

Р ы б н и к о в. А неплохо.

Н а т а л ь я и Д у б о в е ц (поют) .

Р ы б н и к о в. Совсем неплохо.

К о р е н е в и ч. Похоже на панихиду.

Р ы б н и к о в. Ты же муж, разве ты можешь оценить?

Н а т а л ь я и Д у б о в е ц (поют) .