Не люди – машины,
Не жизнь, а тоска
Под свист, гул и грохот
Под стоны гудка…
Но день был – я помню —
Мы все не к станку,
А дружно с завода
Пошли по гудку.
Самобытник (А.И. Маширов)
Не страшась борьбы упорной,
Неустанно день, за днём
Мы по бездне моря чёрной
В даль заветную плывём.
В первом радостном обмане
Цель казалась нам близка.
Но кругом в седом тумане
Потонули берега…
Уж одни гребцы устали
В волны весла опускать
И в сырой туманной дали
Золотого солнца ждать.
Мы гребцов усталых сменим
И, бесстрашно, в свой черёд,
Дружно волны моря вспенив,
Смело двинемся вперёд!
«Не говори в живом признанье …»
Не говори в живом признанье
Мне слова гордого «поэт».
Мы – первой радости дыханье,
Мы – первой зелени расцвет.
Разрушив чёрные оконца,
Мы жаждем миром опьянеть,
Ещё не нам, не знавшим солнца,
Вершиной гордою шуметь.
Ещё неведомой тревогой
Полна восторженная грудь,
И очарованной дорогой
Мы только начали свой путь.
Придет пора, порыв созреет,
Заблещет солнцем наша цель.
Поэта мощного взлелеет
Рабочих песен колыбель.
И он придёт как вождь народный,
Как бури радостный раскат,
И в песне пламенной, свободной
И наши песни прозвучат.
Крепкие руки, хлеб да вода,
С скарбом убогим мешок неизменный, —
Вот он творец мирового труда
И гражданин всей вселенной!..
С этим именьем он вёрсты идёт…
Ночи несётся в вагоне трясучем,
Через моря, океаны плывёт
С пламенем в сердце могучем.
Может быть, в вечном пути за трудом
Жить на чужбине ему приведётся —
Станет родимым скитальческий дом,
Родиной – даль назовётся…
В шахтах, заводах чужих городов
Грёзы о детстве растают без цели…
И не увидит вовеки он вновь
Места своей колыбели!..
К грозным лишеньям готовый всегда,
С силой в могучих руках неизменной —
Вот он – создатель земного труда —
И гражданин всей вселенной…
После ужина в каморке бедной,
Сбросив дня тяжёлые вериги,
Сядет он при свете лампы бледной
За свои пленительные книги.
За стеною без конца тревожит
Смех и плач беспечных ребятишек,
Но ничто тогда отвлечь не может
Жадной мысли от любимых книжек.
И пройдут сомкнутыми рядами
Дети общей и суровой доли,
С их борьбой и старыми вождями,
Что ведут рабочих к светлой воле.
И, склонясь в томительной дремоте,
Полный дум и грёз, он тихо ляжет,
Завтра утром на своей работе
Он о них друзьям своим расскажет.
Верхним лётом жизни бурной
Сердце нежное зажги,
Замани игрой лазурной,
Ранним зовом пробеги!
Зашагай по злым тропинам,
Вплавь пустись на океан
И к изменницам-судьбинам
Правь до самых крайних стран.
В далях выплывут стремнины
Бег в них бешеный прерви,
На жемчужных ты вершинах
Взгляд стальной останови.
Дальше, выше, взором жгучим
Пронизай, быстрей гляни
И к тяжёлым мрачным тучам
Дерзко крыльями метни.
Вей, разбей, греми сильнее,
Тучи буйные развей,
В легком небе мчись вольнее,
Вестью радостной зардей,
Бей крылом своим над миром,
Гордым знаменем несись
И с тревожным верхним гулом
В выси жуткие вонзись.
Там, за гранями видений,
В гимнах музыки – мечты,
Бьётся радость, бьётся гений,
Жжёт порывом красоты,
Бей крылом и в звёздной дали
Храм-алтарь ты отвори,
Выжги новые скрижали,
Вдохновись, заговори!
Зазовут, зазвонят зори,
Песней вздымутся моря,
Свой мятеж взовьёт в просторе
Вдохновлённая земля.
Н. Несмелый (Н.С. Тихомиров)
Мы с тобой родные братья:
Я – рабочий, ты – мужик,
Наши крепкие объятья —
Смерть и гибель для владык.
Я кую, ты пашешь поле,
Оба мы трудом живём,
Оба рвёмся к светлой воле,
С бою каждый шаг берём.
Я сверлю земные недра.
Добываю сталь и медь,
Награжу тебя я щедро
За твои труды и снедь.
Наши руки мощью дышут,
Наши груди крепче Лат,
Наши очи местью пышут,
Постоим за брата брат!
Мы с тобой родные братья:
Я – рабочий, ты – мужик,
Наши крепкие объятья —
Смерть и гибель для владык.
Вот он – мощный, грозный, пьяный…
Ярким пурпуром горит,
Читать дальше