Топчут ноги, брызжет хохот,
Но не видно ничего.
На пустой дороге – топот,
Сердце живо и мертво…
Обло, дико и стозевно,
И не нежно, и не гневно,
Чем-то высшим занято,
Многоруко, многоного,
По семи земным дорогам
Скачет гулкое Ничто.
Кличет, мается и ранит,
Рвёт сердца, дробит мечты,
Манит, тянет и буянит
Пустота средь пустоты…
Ложь – прельстительная сила,
Жизнь полна, как решето.
Много нам судьба дарила,
Да не то, не то, не то!
Снова – тихая дорога…
Где-то огоньки горят,
Плачут, ждут, тревожат бога,
Всё о чём-то говорят…
Ночь тиха. Не дышит ветер.
Ни за что мы не в ответе.
И прожить бы лет так сто…
Что за чудо – тишь на свете,
Только слышно, как к планете
Приближается Ничто.
Я увидел во сне поле в синих лучах,
Я увидел: во мне загорелась свеча,
Я увидел цветы, я увидел восход
Над простором, где вереск весною цветёт!
Нет, не зря мы старались, сгорали и жгли:
Наши зёрна сквозь время в простор проросли.
Окунись, словно поле, в лиловый огонь
И на синее солнце взгляни сквозь ладонь.
Что случилось? Куда ты умчалась, тоска?
Всё, как прежде: эпохи свистят у виска,
Но воскресшие души глядят из цветов
Прямо в сердце моё, где из пламени – кровь!
Земляникой покрыт край молочной реки,
И в цветах открываются чудо-зрачки:
Инфракрасные Божии смотрят глаза
Из цветов – сквозь меня – сквозь любовь – в небеса!
А давно ли вставал я, как дым, из земли
И во мне, словно пули, гудели шмели?
Но Господь, как ладонь, аромат мне простёр
И цветами озвучил бессмертный простор.
Это вереск цветёт, это вереск цветёт,
Это хрупкий сквозь землю пророс небосвод,
Это нота, которую слышал Господь,
Обрела на мгновение душу и плоть.
Это вереск цветёт! Это вереск цветёт!
Вслед за полем цветами порос небосвод, —
Сад на небе, где радостью стала печаль,
Где мой голос воскресший вживается в даль!
Расцветай, отцветай, сад на небе моём,
Проплывай, аромат, в небесах кораблём,
Знай, любовь, – я с тобой, если небо нас ждёт,
Если вереск в словах и созвучьях цветёт!
Небо черно, словно шкурка крота,
Звёзды подобны росинкам на шерстке.
Озеро тихо. Кругом – темнота,
Только в воде звёзд рассыпана горстка.
Слышно, как где-то протяжно и тонко
Песню последнюю спел соловей.
Ветер, как мягкая лапа котёнка,
Нежно касается кожи моей…
Тлеет луна закоптелым огарком,
Веет покоем от стынущих вод…
Грудью малиновки, алой и яркой,
Солнце над озером завтра блеснёт!
Зелень заполнила сад, прихватив даже неба кусочек.
Чаша пространства полна блеском и щебетом птиц.
Ягоды сочно алеют на лучезарной лужайке,
Алость зари в их крови землю насквозь проросла.
Ягоду пробую я, имени сочно лишая,
Чувствую сладостный вкус – спорят во рту жизнь и смерть.
Там, где родятся слова, ягода плоть потеряет,
Душу иную найдёт, в теле не развоплотясь.
Жизнь – круговерть перемен, путь из утробы в утробу.
Но не ужасен сей путь, а вечно радостен нам.
Всё, что цветёт и растёт, увлажнено слёзной влагой
Тех, кто ушёл, кто с землёй слился и почву живит.
К нам обращают они речь в каждой ягоде новой:
Цвет превратился во вкус, вкус превратился в меня,
Я превращаюсь в стихи, в музыку, в блики рассвета…
Всё это – я, всё – во мне, Слово – в начале всего.
В музыке музыка, в запахе запах, а в цвете оттенок —
Ягода вкусом в сознанье сочный рисует пейзаж.
Я говорю о плодах, вкусе и сочности жизни…
Дай же мне, Господи, сил воспеть его – вкус земляники.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.