«В тот час, когда иссякнут силы…»
В тот час, когда иссякнут силы,
когда надежды больше нет,
когда от горя сердце стынет,
ты не ищи в душе ответ.
Пойми, что ночь не бесконечна.
Вдали чуть брезжит слабый свет.
Бедлам не может длиться вечно
Ты верь в себя, ведь ты поэт.
Кто, как не ты, с душой высокой,
укажет людям верный путь.
Им плохо жить, им одиноко,
блажен покой: …забыть …уснуть.
Ты разбуди их, пусть проснутся
и пусть поймут, что в жизни нам
не ползать главное, не гнуться
и не служить чужим богам.
И вот, пройдя круги все ада,
живя одной своей мечтой,
получишь лучшую награду –
венец терновый, крест простой.
Летящая пуля всегда поражает
того, кто стоит у нее на пути.
Кинжальное слово пощады не знает
и может других за собой повести.
Найду ли для чувства волшебное слово?
С чем можно сравнить лепетанье ручья…
Зачем же так резко, и зло, и сурово
преступника жалит бесстрастный судья?
Жестоко горящее слово пророка.
Уже приготовлен невидимый крест.
Что можно постичь в мимолетном намеке,
когда с милой дамой сидишь тет-а-тет?
Простые слова приготовлю любимой.
Пусть нежные губы смеются всегда.
Как много ночей впереди этих дивных
под ласковый шепот, под звуки дождя…
И снова все рухнуло, снова
нам заново строить пришлось,
подыскивать нужное слово
и им прожигать мир насквозь.
Что делать! Нам хватит терпенья.
Нам есть у кого брать пример.
Мы в поисках долгих прозренья
прошли через множество вер.
Пока все идет не так гладко,
как нам бы хотелось… Пока!
Нет счастья, любви и порядка
и каждый глядит свысока.
Что делать! Настойчивость, воля
всегда побеждает в бою.
Такая нам выпала доля, –
смирять неизбежность свою;
идти, спотыкаясь куда‑то,
не видя отчетливо цель;
работая, жить небогато
среди плодородных земель.
Печальная участь досталась
потомкам бесстрашных отцов.
Не стоит копить к себе жалость.
Наш мир к испытаньям готов.
И только вопрос один мучит:
какой в этот раз будет знак
пред тем, как судьба или случай
лучом озарит этот мрак?
Забыться вином бы от скуки
да песни веселые петь.
Но что скажут дети и внуки?
О чем ИМ придется жалеть…
«Мы живем на великом разломе…»
Мы живем на великом разломе,
на изгибе, на стыке времен.
Нет хозяев в запущенном доме.
Нету веянья гордых знамен.
Старики, прожив долго и трудно,
постепенно ушли на покой.
Жизнь идет, только вяло и скудно,
запинаясь над каждой строкой.
Молодые еще не окрепли
и не выбрали правильный путь,
изумляют лишь краткостью реплик
и вперед не готовы шагнуть.
Восхваляя лишь сладость мгновений,
мы забыли значение слов.
Не родился таинственный гений,
что страдать и молиться готов.
Мельтешат безразличные лица
в веренице стремительных дней.
Вновь белеет пустая страница
в ожидании новых идей.
Но я жду и смотрю терпеливо
на безумную пляску огня.
Вечность, вечность – не будь так ленива.
Ну, обрадуй хоть чем‑то меня.
Проходит всё. Двадцатый век иссяк,
столетье новое спешит ему на смену.
Для одного возможно и пустяк,
ну а другой в запале режет вену.
Совковость в прошлом, - может на беду,
а большинство от счастья радость душит.
И всех подряд вгоняют в борозду,
чтоб ропот долгий был как можно глуше.
В деревне жизнь не делает мудрей.
Вокруг луга и женщины все те же.
По‑прежнему сияющий Бродвей
далек как сон, хоть снится уже реже.
Я выхожу курить во двор.
Над ним деревьев спящих ветки
ведут со мною давний спор.
Он ни о чем. Иду к беседке.
Ее я спрятал в глубине,
в кустах разросшейся сирени.
Легко здесь думать в тишине
и предаваться милой лени.
Скамейка, старый круглый стол,
букет цветов, увядших впрочем.
Да, здесь бывал и слабый пол.
Но с ними мир, увы, не прочен.
Читать дальше